- Уууу, плохи дела, коллега, - сказал толстяк. - Уверен, что там полно кожаных кресел и картин Ван Гонга.

- Ван Гонга? Вот же ты неуч. Ван Гога, а не Ван Гонга.

- Да знаю я, кто такой Ван Гог. Итальянский художник.

- Ван Гог - немец, а ты придурок. Ладно, пошли в "Шпинато", а то он скоро закроется, а я помираю с голоду.

Охранник (который был любителем искусства) не стал объяснять, что Ван Гог был голландцем, потому что пришел в ужас от судьбы, ожидающей Сезанна, который на самом деле висел в конференц-зале.

- Эй, ребята, - произнес он, обогнув стойку и подбежав к обоим слесарям. - На пару слов...

В конференц-зале Орвилл развалился на кресле председательствующего - хозяин кресла почти никогда его не использовал - и в окружении всей этой мебели из красного дерева чуть не заснул. После того, как ему пришлось понервничать, пока они проходили в здание мимо охранника, вернулась усталость и пульсирующая боль в ладонях.

- Черт, а я-то думал, что больше никогда сюда не вернусь.

- Ты проделал чудесную работу с этой аккредитацией, Орвилл, поздравляю, - сказал Альберт, убирая верхний лоток с инструментами из ящика и вынимая оттуда ноутбук.

- Это простой протокол. Хорошо, что ты можешь работать пальцами вместо меня, - ответил Орвилл, снимая огромные рукавицы, закрывающие раны в ладонях.

- Ладно, взбодрись. Думаю, что у нас полчаса, пока какой-нибудь громила нас отсюда не вышвырнет. Если не сможем войти, то у нас останется пять минут, пока нас не начнут искать наверху. Покажи дорогу, Орвилл.

С первой панелью всё оказалось просто. Биометрическая система была настроена на отпечатки пальцев Кайна и Джекоба Расселла. но страдала дефектом, обычным для всех систем, ключом к которым служит большой объем информации, а человеческая ладонь, безусловно относится именно к таким. Опытный глаз легко мог разглядеть оставленный отпечаток.

- Раз! И первый готов, - сказал Альберт, закрывая ноутбук, когда панель зажглась тусклым оранжевым светом, и тяжелая дверь с жужжанием открылась.

- Альберт, отсюда наверняка уйдет сигнал, - сказал Орвилл, показав на зону вокруг панели, куда священник засунул рычаг, чтобы получить доступ к устройству. Дерево подалось и пошло трещинами.

- Я на это и рассчитывал.

- Ты шутишь?

- Доверься мне, ладно? - сказал священник, поднеся руку к карману. Там беспрестанно пиликал мобильный.

- Думаешь, сейчас подходящий момент для телефонного разговора?

- И я про то. Привет, Энтони. Мы внутри. Перезвони через двадцать минут.

И повесил трубку.