Они с Эриком тут же вскочили. Тех из террористов, что оказались на открытом месте, свои быстро спрятали под плотным огнем. Хорошенько прицелиться и уложить хоть одного мерзавца защитникам корабля не удалось.

Ответные очереди раздались сразу из восьми мест. Острой щепкой Линде оцарапало подбородок. Ей страшно хотелось продолжить стрельбу, пока свет окончательно не угас, но пришлось снова залечь, чтобы укрыться от кинжального огня. Когда пальба чуть поутихла, девушка полоснула вслепую по склону возле пирса, на случай если кто-то из врагов снова решит попытать счастья.

Вдруг сквозь пороховую гарь, к которой уже успели принюхаться, пробился знакомый запах. От взрыва гранаты на корме вспыхнул пожар. Пока дыма была больше, чем огня, — но это пока. Огонь быстро разгорался. Если срочно не потушить, им всем конец. «Сакр» станет погребальным костром для отважной четверки.

— Марк, давай на корму. Мы прикроем.

Вместо Мерфи подползла Алана.

— Лучше я. Он занят.

— Голову не поднимай, — предупредила Линда, пораженная смелостью Аланы.

Огонь разгорался. Вначале он освещал лишь корму, но с каждой минутой сиял все ярче, словно утреннее солнце, — и это сыграло на руку террористам. Корабль был теперь у них как на ладони, и нули стали ложиться куда точнее.

Алана подобралась к пламени вплотную и увидела, что горит не палуба, а специальная скамейка для рулевого. Девушка легла на спину, просунула ноги под сиденье и резко их выпрямила, однако скамья, вместо того чтобы полететь через борт, развалилась пополам и осыпала ее пылающими углями. Алана стала отчаянно отряхиваться, потом стащила футболку и в одной тоненькой майке принялась голыми руками тушить пожар. Все это время прямо у нее над головой Линда вела перестрелку с террористами.

Наконец потух последний язычок пламени. Алана увидела, что от майки осталась пара лоскутов, а ладони обгорели до самого мяса. Боль была адская. Не в состоянии передвигаться на четвереньках, Алана поползла к своим по-пластунски, извиваясь всем телом, как змея.

Линда посветила на ее раны фонариком и охнула.

— Ничего, пройдет, — выдавила Алана.

— Заткните уши, — вдруг озабоченно прошептал Мерфи.

Секунду он рассматривал мерцающие огни фонариков через запальное отверстие огромной пушки, а когда решил, что пора, просунул в него стерженек детонатора. Стерженек воткнулся в заряд взрывчатки, который Марк предварительно засунул в ствол и утрамбовал. Туда же он поместил ядро, сплавленное из множества крошечных металлических шариков.

Сработал таймер взрывателя, и заряд картечи выплюнуло из дула вместе с трехметровым языком пламени. Отдача отбросила пушку назад, веревки не выдержали нагрузки, и двухтонная бронзовая громада, проломив фальшборт, рухнула на крутой береговой откос к самому подножию пирса. Свист картечи потонул в грохоте выстрела. Мерфи выглянул. Ему показалось, что два или три фонарика больше не светят.