И она не считала, что что-то должна адмиралу, чтобы здесь сидеть.

Случай представился буквально через день. Она определила, где находится дорога и, как только охрана отвлеклась – сбежала. Милый фермер, который вез козье молоко на продажу, согласился подвезти ее до центра коммуны. Там она поймала авто, едущее прямо в Париж. Все-таки в глубинке Франции еще остались настоящие мужчины, готовые помочь красивой даме. Не то, что арабы или негры, считающие, что изнасилование есть часть искупления расовой вины.

* * *

В десятом аррондисмане Парижа у нее оставалась квартира. Она была куплена на ее имя, и стояла без дела.

На двери был приклеен квиток – ей напоминали о необходимости оплатить налоги. Франция – это страна налогов, тут есть налоги совершенно дикие – например, налог на телевизор.

У нее не было телевизора.

Ключ она забрала там же, где и спрятала. Израильский замок поддался, как будто она закрыла дверь только вчера. Не зажигая свет, она проскользнула в квартиру… она была ей настолько хорошо знакома, что ориентироваться могла и в темноте.

Сейф тут был, но он был почти пуст – потому что в сейфе и будут искать. Настоящая закладка была за ванной… у нее тут была роскошная чугунная ванная. Она запустила за нее руку – и с радостью почувствовала, как пальцы наткнулись на пакет.

Есть!

Ее аргентинский паспорт, настоящий – сто семьдесят стран без виз, один из самых удобных паспортов в мире. Испанский паспорт. Двадцать тысяч долларов и столько же евро. Пистолета не было – пистолет спрятан внизу, в кладовой, не один – но был немецкий нож с керамическим лезвием, настолько острым, что к нему опасно было даже прикасаться.

Забрав все, она пробежала к гардеробу… времени у нее было немного, она это знала. Наощупь нашла то, что нужно – джинсы, куртка, шапочка, которую она купила неподалеку, ручной вязки, совершенно очаровательная. Ботинки – с виду обычные «платформы» – но на самом деле, они очень удобные для всего… с прочной шнуровкой, почти анатомические…

К счастью – она не стала довольной жизнью матроной… размер был тот же, село все идеально.

Уже зашнуровываясь, она услышала шаги. Пришли… быстро реагируют. Скорее всего, датчик движения…

Несколько секунд. У нее есть всего несколько секунд.

Дверь медленно начала открываться. Потом вдруг яркий луч света – ударил от двери, пробежался по комнате.

– Выключи, болван…

Типично французское. Немец сказал бы «идиот». Англичанин или американец – «придурок». Французы говорят в таких случаях «болван» – именно так обозвал в свое время Николя Саркози приставучего журналиста…