Лесник — а это был именно он, все соответствовало словесному портрету, нарисованному председателем сельсовета: высокий, седой, длинноносый, — смотрел на них не то чтобы испуганно, а как–то непонимающе или даже удивленно.

— Что нужно панам? — спросил он наконец не совсем твердо. — Так как, кроме картошки…

— Вот что, — произнес Толкунов, — советую самому признаться во всем, иначе сами знаете, чем это может кончиться…

Капитан немного переборщил, и Бобренок решил вмешаться:

— Кто прячется у вас и сколько их?

Лесник замахал руками.

— Никто, — заверил он поспешно, — никто, и уважаемые паны офицеры могут это легко проверить.

Толкунов блеснул глазами. Он наступал на лесника, а тот пятился по ботве, она трещала и ломалась под ногами. Бобренок преградил леснику дорогу, похлопал его по плечу и сказал спокойно, рассудительно:

— Давайте поразмыслим вместе, Василий Иванович. Я уверен, что мы найдем общий язык… Спокойно, капитан.

Толкунов удивленно глянул на Бобренка. Очевидно, считал в этой ситуации свою линию вполне оправданной, а майор все портил.

— Чего с ним цацкаться! — воскликнул он.

— Спокойно, — остановил капитана Бобренок. — Так как, Василий Иванович?

Лесник стоял, опустив руки, и хлопал глазами. Никак не мог понять, откуда эти офицеры знают его имя и отчество, вероятно, это удивило его больше, чем их внезапное появление на поляне.

— Сейчас мы произведем обыск в вашей усадьбе и обнаружим лейтенанта, хромающего на правую ногу, — продолжал Бобренок, — или нескольких мужчин, переодетых в военную форму. Кстати, — придумал на ходу, — усадьба окружена, и никому не удастся уйти. Тогда что будет с вами? Суд за оказание помощи вражеским агентам. Время военное. Знаете, сколько за это дают? Кроме того, ваш сын учится в Ровно. Представляете, как запятнаете его?

Лесник растерянно потер небритую щеку. Ответил нерешительно:

— Но откуда я мог знать, что Степа вражеский агент? Племянник мой, попросил пристанища…

— Дитятко… с лейтенантскими погонами! — рассмеялся Толкунов.

— И я удивился! Так он говорит: недавно прицепил, чтобы спастись, не было другого выхода…

— Кроме Степана кто в доме? — быстро спросил Бобренок.

Лесник перекрестился: