Итак, чтобы избавиться от последствий пережитого шока, очень развеселив Мадлен и доведя до белого каления всех остальных стоявших в очереди за коктейлями гостей, я прошел вперед, к бармену и потребовал «Талискер» с «Московским мулом». Такую смесь по многим причинам следует признать неправильной, вредной и недостойной уважения – сомневаюсь, что даже упрямый москвич, отдыхающий на острове Скай, смог бы перенести этот коктейль, но когда дело доходит до выпивки, я способен проявить настоящую решимость. Кокаин, экстази, травка, даже сигареты, – все это я могу попробовать – несколько ночевок, флирт, интрижка, романчик – ничего серьезного. Но выпивка – это истинная любовь: в богатстве и в бедности, в здравии и в болезни, пока смерть не разлучит нас и т. д. А человек, который начинает с «Талискера» и запивает его «Московским мулом», может через некоторое время потерять ориентацию в пространстве, но он, во всяком случае, будет помнить, что такое первый поцелуй.

И клянусь вам: я сразу почувствовал себя на сто процентов лучше. Великолепно. (В любом случае оплачивала мои эксперименты Мадлен.) Затем я взял горячительный «Кир-Рояль» (этот коктейль не в моем стиле, его предложила Мадлен, поскольку сама взяла такой же), за ним последовал охлаждающий «Том Коллинз». Он-то, при некоторой помощи водки и лайма, наконец распахнул врата восприятия.

– Хочешь потанцевать? – спросила Мадлен.

– Давай потанцуем.

Она подала мне руку и повела меня прочь от бара. Я проследовал за ней в главный зал – там царил бессмертный бог ритма, побуждающий разноцветных женщин и черно-белых мужчин двигаться. Дубовые стены смеялись надо мной, а люстры подозрительно косились, но они не могли сбить меня: я был сам ритм. Мы медленно обогнули роскошную колесницу нашего стола, улыбаясь во весь рот, и я по-дружески обнял за плечи Уилла, который, похоже, молча сидел в одиночестве. И тут я жестоко ошибся. Дело в том, что – поразительно – это был не Уилл. Уилл ушел. Как и Нил. И Натали тоже нигде не было видно. Человек, сидевший за нашим столом на месте Уилла, оказался кем-то иным, вовсе не похожим на Уилла. Совершенным не-Уиллом. Анти-Уиллом.

– Привет, привет, – сказал я вполне дружелюбно. – Вам одиноко? Веселей. Почему вы не идете потанцевать? Мы вот, например, как раз туда и собираемся. Это вам пойдет на пользу.

– Я жду свою жену, – ответил он. – Мы разводимся.

Я подумал: ну, что же. ваше дело.

– Извините, – сказала Мадлен, взяв меня за руку. – Боюсь, мой друг намерен покончить с собой. Пожалуйста, не обращайте на него внимания. Пошли, Джаспер, ты обещал мне танец. Идем.