– Да, – заключил он в конце концов. – Вы понимаете, что я хочу сказать… Вы же книжные люди.

Они уже были возле полок, на которых стояли двадцать восемь томов крупного формата, переплетенных в кожу коричневого цвета с золотым тиснением на корешках. При виде собрания обоих академиков внезапно охватил трепет.

– Это она? – воскликнул дон Эрмохенес.

– Да, – улыбнулся Дансени.

– А потрогать можно?

– Пожалуйста.

Действительно, это была она, они увидели ее впервые: «Еncyclopédie, ou dictionnare raisonné des sciences, des arts et des métiers»[63]. Отличного качества бумага, широкие поля и замечательное тиснение в реальности выглядели даже роскошнее, чем они себе представляли.

– Удивительная вещь. Вы читали вступительную статью? Ее написал д’Аламбер, и она важна для понимания ее значения в целом.

Дон Эрмохенес взял первый из тяжелых томов и отнес его на стол, стоявший в центре помещения. Там он с величайшей осторожностью надел очки и взволнованно прочитал вслух:

Мы узнаем природу не по туманным и вольным гипотезам, а благодаря тщательному изучению ее явлений, сравнению одного с другим, искусству обобщения, применимому везде, где это позволительно, когда большое число явлений сведены в итоге к одному-единственному, которое рассматривается как основной принцип…

Он не смог продолжать. Голос у него задрожал, он посмотрел на дона Педро, и тот заметил, что глаза у библиотекаря покраснели и увлажнились от счастья.

– Это она, сеньор адмирал!

– Да, – кивнул адмирал, улыбаясь и кладя руку на плечо друга. – Наконец-то она перед нами.

Дансени следил за ними с любопытством.

– Даже во Франции, – произнес он, – кое-кто смотрит на эту вещь как на невразумительную компиляцию, полную парадоксов и ошибок; другие же в ней видят – точнее, мы видим – редчайшее сокровище.

Адмирал согласно кивнул.