Однако после этого в течение десяти дней враг наш не показывался, и мы стали надеяться, что он скончался от ран где-то в зарослях. Но тем не менее мы все же ночью соблюдали обычные меры предосторожности. Это было благоразумно, так как в противном случае еще одна жертва появилась бы в списках погибших. Ночью двадцать седьмого декабря я был неожиданно разбужен страшными криками, доносившимися с той стороны, где под деревом, недалеко от моей загородки, спали рабочие, обслуживающие вагонетки. По их крикам я понял, что на них напал лев. Чистым безумием было выйти из палатки, так как луну закрыли густые облака и на расстоянии ярда ничего нельзя было разглядеть. Все что мне оставалось сделать — это выстрелить наугад, чтобы отпугнуть зверя. Очевидно, выстрелы достигли цели, ибо ночью нас больше никто не тревожил. Людоед, очевидно, побродил еще некоторое время вокруг, так как утром мы обнаружили следы его лап вокруг дерева и около палаток.

На следующий вечер я устроился на этом дереве в надежде, что лев предпримет вторую попытку. Ночь началась неудачно, так как, влезая на свой пост, я чуть не положил руку на ядовитую змею, обвившуюся вокруг ветки. Можно представить, с какой скоростью я скатился вниз. Один из рабочих тут же убил змею длинным шестом. К счастью, ночь оказалась ясной и безоблачной, луна освещала все вокруг, и было светло почти как днем. Я сидел примерно до двух часов, а затем разбудил Махину, когда настала его очередь. Около часа я проспал спокойно, прислонившись спиной к дереву, а затем вдруг неожиданно проснулся от какого-то странного беспокойного ощущения. Однако Махина все время был начеку и ничего не заметил. Я внимательно всматривался в темноту, но тоже не мог обнаружить ничего необычного. Только, наполовину успокоенный, я приготовился было снова заснуть, как вдруг мне показалось, что кто-то движется в низком кустарнике, недалеко от нашего дерева. Вглядевшись пристальней, я понял, что не ошибся. Это был людоед, выслеживающий нас.

Дерево стояло на открытом месте, кое-где поросшем негустым кустарником. Зрелище было поистине захватывающим: следить за тем, как огромный зверь украдкой приближался к нам, используя все укрытия на пути. Его ловкость выдавала в нем знатока опасной игры — охоты на людей. На этот раз я решил попусту не рисковать. Поэтому, выждав пока он подойдет поближе, на расстояние примерно двадцати ярдов, выстрелил ему в грудь. Я слышал, как пуля ударилась о шкуру, но, к несчастью, не сбила людоеда с ног. Со свирепым рычанием он перевернулся и большими прыжками бросился бежать. Прежде чем хищник исчез из виду, я выпустил в него еще три заряда из магазинной винтовки. Рев, донесшийся в ответ, подтвердил, что последняя пуля попала в цель.