— Ждите меня здесь. Если вас обнаружат, не выдавайте меня, — предупредил Боболо. — Иначе я не смогу вас спасти. Можете сказать, что испугались и решили спрятаться.

Боболо направился к выходу.

— Постой, — сказал Старик. — Предположим, что нам не удастся вызволить девушку, что с ней станет? Боболо усмехнулся.

— У нас никогда еще не было белой жрицы. Может, она предназначена для бога Леопарда, а, может, для верховного жреца. Кто знает.

И Боболо ушел.

— Для бога Леопарда или для верховного жреца, — повторила Кали-бвана, когда Старик перевел слова вождя. — Какой кошмар!

Девушка стояла так близко, что Старик, ощутивший тепло ее почти обнаженного тела, задрожал, а когда попытался заговорить, от волнения голос его сделался хриплым. Ему хотелось сжать ее в объятиях, покрыть поцелуями нежные теплые губы, однако он сдержался, сам не зная почему. Ведь они были наедине, вдали от всех, шум дикой оргии заглушил бы любой ее крик, она была целиком в его власти. И все же Старик не коснулся ее.

— Может, скоро нам удастся бежать, — сказал он. — Боболо обещал вывести нас отсюда.

— Вы его знаете? Доверяете? — спросила она.

— Мы знакомы около двух лет, — ответил он, — но я ему не доверяю. Никому не доверяю. Боболо делает это ради наживы. Старый жадный мерзавец.

— Что он просит?

— Бивни.

— Но у меня их нет.

— У меня тоже, — признался он. — Но я добуду.

— Я выплачу свою долю, — заявила она. — Деньги я оставила у агента железнодорожной компании.

— Давайте-ка не делить шкуру неубитого медведя. Неизвестно еще, как все обернется.

— Звучит не слишком обнадеживающе.

— Мы попали в страшную передрягу, — пояснил он, — и должны смотреть правде в лицо. Наша единственная надежда сейчас — Боболо. Он негодяй, человек-леопард и к тому же пьяница. Так что надежда, если она вообще есть, очень слабая.

Вернувшись в зал, Боболо, который успел слегка протрезветь, вдруг страшно испугался того, что натворил. Дабы поддержать слабеющую силу духа, он схватил большой кувшин и осушил до дна. Содержимое сосуда произвело магическое действие, и когда взгляд Боболо упал случайно на пьяную жрицу в углу, едва стоявшую на ногах, она показалась ему самой желанной. Час спустя Боболо спал мертвецким сном на полу посреди зала.

Действие туземного напитка проходит так же быстро, как наступает само опьянение, и уже через несколько часов воины стали приходить в себя. Страдая от жестокого похмелья, они потребовали еще вина, но оказалось, что не осталось ни капли спиртного и ни крошки еды.