— Как же это случилось? — угрюмо спросил он. — Слон?

— Люди-леопарды, бвана, — ответил все тот же негр.

— Люди-леопарды? Расскажи, как все было. Негры подробно рассказали все, что знали, не упуская ни малейших деталей, а когда закончили наконец свое повествование, Малыш несколько воспрянул духом. Ведь они не видели Старика мертвым. Может, его держат в плену в деревне Гато-Мгунгу?

— Он сказал, что если не вернется к тому времени, как тень от леса сойдет с деревенской ограды, то, значит, его нет в живых, — оправдывался чернокожий.

Малыш мысленно прикинул расклад сил: он сам да пятеро недовольных негров, итого шесть. Всего шестеро против сплоченной секты людей-леопардов. К тому же, из шестерых пятеро испытывают перед людьми-леопардами панический ужас и ни за что не согласятся пойти с ним.

Негры ждали, что он скажет.

— На рассвете выступаем. Будьте наготове, — приказал Малыш.

Чернокожие заколебались.

— И куда мы пойдем? — недоверчиво спросил один из них.

— Туда, куда поведу, — отрезал Малыш.

Удалившись в палатку, он стал размышлять о попавшем в беду товарище и продумывать план действий.

Что это еще за девушка и с чего вдруг Старик погнался за ней? Рехнулся что ли или забыл, что ненавидит всех белых женщин?

Наверное, решил Малыш, он поступил так, как подсказывала ему совесть. Видимо, иного выхода у него не было. Девушка попала в беду, и Старик, естественно, бросился ее выручать. Но как и где он повстречал ее? Негры ничего толком не знали.

Малыш заметил, что чернокожие горячо о чем-то заспорили, и вскоре с взволнованным видом они пересекли лагерь, направляясь к его палатке.

— В чем дело? — спросил Малыш, когда они предстали перед ним.

— Если ты, бвана, собрался в деревню людей-леопардов, — заявил уполномоченный, — то мы не пойдем. Нас мало, они запросто убьют нас и сожрут.

— Глупости! — воскликнул Малыш. — Что за выдумки! Они не посмеют.

— Старший бвана говорил то же самое, — ответил говорящий, — а сам не вернулся, умер.

— Не верю, что он умер, — возразил Малыш. — Мы идем его искать!

— Если пойдешь, то один, а мы — нет, — сказал негр.