— В таком случае надеюсь, что у него быстрые ноги, — пошутил Ромеро.

— Очевидно, так, — резко ответила Зора.

— Ты не должна оставаться одна, — произнес мексиканец.

— Я могу постоять за себя, — ответила Зора.

— Возможно, — сказал он, — но если бы ты принадлежала мне…

— Я никому не принадлежу, товарищ Ромеро, — прервала она ледяным тоном.

— Прости меня, сеньорита, — сказал он. — Я знаю это. Я просто неудачно выразился. А хотел я сказать, что если бы девушка, которую я люблю, была здесь, она не оказалась бы одна в лесу, особенно когда нас преследует враг, и Звереву это должно быть известно.

— Тебе не нравится Зверев, не так ли, Ромеро?

— Даже тебе, сеньорита, — ответил он, — должен сознаться, раз уж ты спрашиваешь.

— Я знаю. Он многих настроил против себя.

— Он настроил против себя всех, кроме тебя, сеньорита.

— Почему я должна быть исключением? Откуда тебе знать, что он не настроил против себя и меня?

— Не всерьез, я уверен, — сказал он, — иначе ты не согласилась бы стать его женой.

— С чего ты взял, что я согласилась? — удивилась Зора.

— Товарищ Зверев часто похваляется этим, — ответил Ромеро.

— Ах вот как?

Больше она не сказала ни слова.

XVII. МОСТ НАД ПРОПАСТЬЮ

XVII. МОСТ НАД ПРОПАСТЬЮ

Бегство отряда Зверева завершилось только тогда, когда воины добрались до своего последнего бивуака, да и то лишь для части людей, ибо, когда наступила ночь, обнаружилось, что четверть состава отсутствует, в их числе Зора и Ромеро. Когда подошли отставшие, Зверев спросил каждого о девушке, но никто ее не видел. Он попытался организовать отряд на ее поиски, но воины не соглашались идти с ним. Зверев угрожал и умолял, пока наконец не понял, что потерял власть над людьми. Может быть, он и пошел бы за ней один, как он твердил всем каждую минуту, но был лишен этой необходимости, когда поздно ночью эти двое пришли в лагерь вместе.