Ицл Ча только сейчас решилась открыть глаза, крепко зажмуренные на протяжении всего пути. Она увидела, что Че — Повелитель леса, переносит ее с крыши на крышу. Подбежав к краю последней, он не сбавил скорости, и это заставило Ицл Ча вновь крепко зажмуриться, так как она решила, что сейчас они оба упадут вниз и разобьются насмерть.

Оттолкнувшись от крыши, Тарзан прыгнул вперед и приземлился на стене. По другую сторону, внизу, виднелась тростниковая крыша крестьянского дома. Тарзан спрыгнул сначала на крышу, а оттуда на землю. В следующий миг он уже бежал через возделанные поля к лесу, унося с собой почти бездыханную от волнения Ицл Ча.

XV

XV

Жизнь в лагере приобрела четкий распорядок и подчинялась военной дисциплине, поскольку полковник Ли взял бразды правления в свои руки. Не имея горна, он установил на шесте корабельный колокол, в который били каждый день в шесть часов утра — гулкая имитация побудки. Рында трижды в день созывала людей к общему столу, звучала в девять утра и сигналила отбой в десять вечера. Часовые охраняли лагерь круглые сутки, а рабочие команды поддерживали порядок, рубили дрова или собирали в джунглях съедобные растения и плоды. Это был и вправду образцовый лагерь. Каждый день в лагуну выходили команды рыболовов, а в лес за дичью отправлялись группы охотников, что позволяло разнообразить монотонный рацион, состоящий из фруктов и корнеплодов. В обязанность женщин входила уборка хижин и починка прохудившейся одежды.

Таинственное исчезновение Тарзана и его длительное отсутствие стало темой многочисленных разговоров.

— Скатертью дорога! — заявила миссис Ли. — Как только я впервые увидела это жуткое существо, сразу же лишилась покоя, и только сейчас пришла в себя.

— Не понимаю, как ты можешь так говорить, — возразила племянница. — Я бы чувствовала себя намного спокойнее, если бы он был здесь.

— Все время приходилось опасаться, как бы ему не взбрело в голову тебя съесть, — гнула свое миссис Ли.

— Я провела с ним в запертой клетке несколько дней, — сказала Джанетт Лейон, — и он ни разу не выказал по отношению ко мне ни малейшей неучтивости, и уж конечно не угрожал расправой. Смешно даже думать.

Пенелопа Ли фыркнула. Она до сих пор не снисходила до признания самого факта существования Джанетт, не говоря уже о том, чтобы удостоить ее беседой. Миссис Ли с первого взгляда определила, что Джанетт — развратная женщина, а мнение Пенелопы Ли, как правило, не могло поколебать даже постановление парламента.

— Накануне ухода он мастерил оружие, — вспомнила Патриция, — и, мне кажется, он отправился в лес на охоту. Наверное, его растерзал тигр или лев.