Когда я открыла дверь мансарды, мне навстречу выбежал совершенно другой пес – и хотя тело Рэгса все еще было худым от недоедания, глаза собаки преданно блестели, длинный хвост радостно колотил по бокам. Я опустилась на колени, чтобы приласкать его, и держала, пока мистер Драйден знакомился с ним и гладил его. Затем я оставила их и пошла насыпать голубям зерна.
– Вы, конечно, знали, что она держала голубей? Вы и сюда поднимались?
– Пару раз.
Он ласково говорил что-то псу, который пытался было пойти за мной, но мистер Драйден удержал его. Рэгс не противился. Я обернулась и увидела, что мистер Драйден внимательно смотрит на голубей, которые слетелись к кормушке.
– Три?
– Да. Уильям рассказал вам о записке?
– Рассказал. Я надеюсь, вы не против? Это не было тайной?
– О, что вы! Конечно нет. Он все еще переживает из-за всего этого?
– Не думаю. По-моему, он еще не понимает, но я ему объяснил.
Когда я завязала мешок с зерном, он поднялся на ноги. Рэгс вертелся вокруг меня, прижав уши и всем своим видом показывая, как он жаждет, чтобы его приласкали. Потом пес помчался впереди нас по ступенькам и остановился на площадке – ни дать ни взять щенок, рвущийся на прогулку.
– Быстро он поправился, правда? – сказал мистер Драйден. – Мне кажется, вы можете больше не беспокоиться за него. Когда вы заберете его от нас, он будет самой замечательной собакой во всей округе.
– А как с питанием? Даже кота иногда нелегко прокормить, не говоря уже о собаке.
– Вы забываете, что мы живем на ферме. Там с этим гораздо проще. Например, то зерно, которое вы давали голубям, – дар от кур с нашей фермы.
– Да что вы говорите? Вот спасибо! А что вы сказали Уильяму?
Он повернулся, чтобы закрыть за нами дверь.
– Сказал? О чем?
– Я о голубе и записке. Вы сказали, что объяснили ему.
– О, наверное, правильнее было бы сказать, что я объяснил ему, как сумел.
– И что же вы сумели ему объяснить?
– Думаю, я сказал ему приблизительно то же самое, что и вы. Что так могло случиться, только если кто-нибудь забрал птицу с запиской и выпустил ее в определенный день.