– Это не так уж плохо, могло быть и хуже, – сказал он. –

И все же, кажется, мне еще дорого придется заплатить за знакомство с Дэвидом Бэлфуром.

– Вернее, за вашу снисходительность к этому несчастному молодому человеку, милорд, – заметил я.

Глаза его все еще бегали по бумаге, а настроение, как видно, улучшалось с каждой минутой.

– Кому же я этим обязан? – спросил он первым делом. –

Ведь, по всей вероятности, обсуждались и другие пути?

Кто же предложил именно этот? Наверное, Миллер?

– Милорд, его предложил я. Эти джентльмены не были ко мне настолько внимательны, чтобы ради них я отказался от той чести, на которую вправе притязать, и избавил их от ответственности. Уверяю вас, все они жаждали начать судебный процесс, который вызвал бы серьезные последствия в парламенте и был бы для них (как выразился один из их числа) жирным куском. Перед моим вмешательством они, думается мне, собирались приступить к распределению злачных мест в правосудии. Предполагалось заключить некое соглашение с нашим другом мистером Саймоном. Престонгрэндж улыбнулся.

– Вот они, друзья! – сказал он. – Но что же заставило вас так решительно порвать с ними, мистер Дэвид?

Я рассказал все без утайки, однако особенно подробно изложил причины, которые касались самого Престонгрэнджа.

– Что ж, по отношению ко мне это только справедливо,

– сказал он. – Ведь я действовал в ваших интересах столько же, сколько вы против моих. Но как вы попали сюда сегодня? – спросил он. – Когда суд затянулся, я начал беспокоиться, что назначил такой короткий срок, и даже ожидал вас завтра. Но сегодня… это мне и в голову прийти не могло.

Я, разумеется, не выдал Энди.

– Боюсь, что я загнал по дороге не одну лошадь.

– Если б я знал, что вы такой отчаянный, вам пришлось бы подольше побыть на Бассе, – сказал он.

– Раз уж об этом зашла речь, милорд, возвращаю вам ваше письмо. – И я отдал ему записку, написанную поддельным почерком.

– Но ведь был еще лист с печатью, – заметил он,

– Его у меня нет, – сказал я. – Но на листе стоял только адрес, а это не могло бы бросить тень и на кошку. Вторая записка при мне, и, с вашего разрешения, я оставлю ее у себя.

Он, как мне показалось, слегка поморщился, но промолчал.

– Завтра, – продолжал он, – все наши дела здесь будут закончены, и я отправлюсь в Глазго. Я буду очень рад, если вы составите мне компанию, мистер Дэвид.