Покинув гостиницу «Виктория», Жоэль и Гульда первым делом спустились к набережной, которая полукружием огибала восточную оконечность бухты. Здесь, у воды, народу было поменьше, люди теснились главным образом в кабачках, где пиво и водка, подаваемые полными кружками и не менее полными стаканами, освежали пересохшие от постоянной жажды глотки.

Пока брат с сестрой пробирались между лавками, грудами бочек и штабелями ящиков самого различного назначения, глаза их были прикованы к кораблям, стоящим у причала и на рейде. Наверняка какие-нибудь из них приписаны к бергенскому порту, куда «Викену» уже не суждено вернуться.

— Оле!.. Бедный мой Оле!.. — прошептала Гульда.

Жоэль поспешил увести сестру подальше от гавани, в верхние кварталы города. Но там, на улицах и на площадях, посреди оживленно толкующих групп людей, им пришлось выслушать немало слов, прямо их касающихся.

— Ну как же! — заявлял один из беседующих. — За этот номер девять тысяч шестьсот семьдесят два им ведь предложили целых десять тысяч марок!

— Десять тысяч? — восклицал другой. — А я слыхал, будто давали не меньше двадцати!

— А господин Вандербильд из Нью-Йорка дошел аж до тридцати!

— Господа Беринги из Лондона — до сорока!

— А господа Ротшильды из Парижа покупали за шестьдесят тысяч!

Читатели знают, насколько достоверны все эти преувеличения, столь охотно распространяемые толпой. Еще немного, и цена билета превзошла бы размеры главного выигрыша!

Но если авторы новостей не сходились в вопросе о предложенных Гульде суммах, то все они вполне единодушно оценивали козни ростовщика из Драммена.

— Ну и гнусный же мошенник Сандгоист! Как было не пожалеть таких славных людей!

— Да его уж давно знает весь Телемарк, это ведь не первая его проделка!

— Говорят, он выложил за билет кругленькую сумму, а покупателя-то на него и не нашлось.

— Верно! Никто не захотел с ним якшаться.

— И неудивительно! Билет был хорош, только пока им владела Гульда Хансен!

— Ясное дело! В лапах Сандгоиста он и гроша ломаного не стоит!

— Так ему и надо! Пускай потеряет те пятнадцать тысяч, что выложил за него!

— А вдруг этому негодяю достанется главный выигрыш!

— Ему-то!.. Ну уж вы скажете!