На рассвете из этого убежища можно было видеть на горизонте гигантский, созданный самой природой барьер между Францией и Испанией — вздымающуюся в небо горную цепь длиной в девяносто лье. К юго-западу глаз поражает необычная форма склонов Роландовой бреши[345], на 1460 метров вонзившейся в облака. У ее подножия контрабандисты проходили накануне; но взгляд напрасно искал бы гору Пердю, самый высокий пик Пиренеев[346], вершины которых на головокружительной высоте вечно окутаны белым снежным покрывалом.

К северу бесчисленные разветвления Гава[347], озёра этих прелестных долин и живописно раскиданные по склонам холмов леса составляли впечатляющий контраст с угрюмыми красотами южной части гор. Здесь природа вновь обретала спокойствие и безмятежность. Нужно было лишь спуститься, чтобы попасть на возделанные человеческими руками поля и встретить возделанные цивилизацией умы, но, чтобы добраться до владений капитана Сан-Карлоса, следовало преодолеть почти недоступные высоты. Нет, Хакопо не мог проделать этот путь быстрее!

Сан-Карлос в ожидании товарища погрузился в размышления. Капитан был невысоким, худым, его нервное лицо не отличалось изысканностью черт. Одним словом, персонаж из комической оперы про контрабандистов. Нужда сделала Сан-Карлоса бандитом. Он был хитер от природы, имел несгибаемый характер и необычайно плодовитый, математически организованный ум. Разработанные им планы операций представляли собой дерзкие теоремы, которые он решал с помощью практической геометрии. Общие места их ремесла были известны и его товарищам. Сам же капитан обладал тем совершенным инстинктом, который даже в самых отчаянных ситуациях подсказывает неожиданные блестящие решения. Для капитана Сан-Карлоса не существовало безвыходных положений — он всегда все предвидел, находил ответ на любой вопрос, интуиция не подводила его даже в наиболее опасных обстоятельствах.

Его сотоварищи прекрасно знали цену своему командиру и верили в него с фанатизмом ярых католиков. Сан-Карлос подавлял банду не физическим, но моральным превосходством. Кроме того, он был крепок телом, быстр как серна, ловок как пиренейская коза, зорок как орел и прекрасно владел своим длинноствольным карабином, точность прицела коего оказывалась весьма неприятной для тех «зеленых мундиров», которые завязывали с ним знакомство. Как и остальные, Сан-Карлос был одет в куртку и яркие короткие штаны; на его поясе висел остро отточенный нож; из-под широкополой шляпы на спину спускалась цветная шелковая сетка для волос. Наряд дополняли повязанный на шее платок и легкие сандалии. Карабин лежал радом с ним, а скомканный плащ — на земле, среди кожаных мешков с товаром. Его товарищи спали; он терпеливо ждал.