— Значит, у меня с головой всё в порядке? И это не бред сумасшедшего?
— Поверь мне, тебе опасно знать… Хотя ты прав, я принадлежу… Только не спрашивай ничего больше!.. Это не орден, не организация. Это образ мышления! Мы не такие, как все, — в её глазах стоял страх. — Не ходи дальше, Саша! Остановись, прошу тебя!.. И лучше уезжай. Тебе всё равно не дадут здесь жить. О тебе всё знают!
— Ты же мне поможешь? — с надеждой спросил Русинов.
— Не смогу помочь, — сказала она тихо и уткнулась в его колени. — Ты пробудешь здесь три дня… Потом всё равно придётся уходить. А в горах они тебя поймают. Если уже запирали в пещере, значит, всё… Уезжай!
— Пока я не найду сокровища — не уеду, — твёрдо заявил он. — Тем более сейчас!
— Зачем тебе сокровища? — Ольга подняла голову. — Я же чувствую, ты не хочешь золота, камней, богатства… Тогда зачем тебе это?
Он сжал её лицо запястьями рук — ладони в бинтах…
— Понимаешь, для меня это тоже образ жизни. Образ мышления. Я столько лет искал сокровища, столько лет жил в прошлом… Мне даже прозвище дали — Мамонт.
— Я слышала…
— От кого ты слышала? Меня называли так только близкие друзья.
— Ещё в детстве, — призналась она. — Каждой весной говорили — скоро приедет Мамонт. А мне хотелось так посмотреть, что это за человек, которого боится папа.
— Но ведь я в этом районе никогда не был!
— Пока ты был далеко — тебя не трогали…
— Значит, я сейчас приблизился вплотную? — спросил он. — И сокровища где-то близко?
— Ничего не могу сказать, потому что не знаю, — проговорила Ольга. — Я просто лечу людей. И моя мама лечила… Иногда они появляются из-под земли, как дядя Коля. Пещеры высасывают из них здоровье. Любовь Николаевна ослепла возле сокровищ…
— Возле них можно ослепнуть! А потом и жить слепым…
— Ты сумасшедший!.. Мне же хочется просто жить, как все люди, — она чуть не плакала. — Как снежный человек…
— Я тебя люблю, — неожиданно признался он и испугался своих слов.
Она замерла, снова уткнувшись ему в колени. Потом тихо сказала:
— Уезжай… Пожалуйста… Я тебя никогда не забуду, Мамонт.