– Господин полковник! – услышал он недоумевающий голос капитана криминальной полиции. – Почему вы здесь?!

Незнакомый Везичу человек в штатском укоризненно посмотрел на капитана.

– Тише, пожалуйста, возможен еще один гость.

…Через два часа Везича отвезли в тюрьму. Капитан извиняющимся голосом пояснил, что таков приказ – убийство молодого журналиста объясняется, видимо, политическими мотивами. На вопрос Везича, почему капитан так убежден в этом, ответа не последовало.

– Обычная формальность, господин полковник, – сказал человек в штатском, – дело об убийствах должно быть соответствующим образом оформлено. Прокуратура снимет с нас голову, если мы не доставим вас в тюрьму для первичного допроса, туда уже вызван следователь.

Следователя в тюрьме не оказалось. В кабинете, куда привели Везича, сидел майор Ковалич.

Везич понял все в тот момент, когда его обыскали в доме Иво. Против него велась операция, и он проиграл ее. Везич мог допустить всякое: и удар в спину, и провокацию, и предательство в Белграде, но представить себе, что его «возьмут» на убийстве семьи несчастного журналиста, который так радовался, когда Взик поручил ему первый ответственный репортаж, он, естественно, не мог.

– Ну как? – спросил Ковалич.

– Вы зря сунулись в это дело, – ответил Везич. – Вы сейчас не просто рискуете. Вы сейчас нарушаете присягу.

– Не понял…

– Я задержан?

– Да.

– На каком основании?

– Вы задержаны по подозрению.

– В чем?

– Вы знали репортера Иво Илича?

– Знал.

– Где вы с ним познакомились?

– Знаете что, майор, целесообразно вести беседу в присутствии адвоката.