Зачем ехать куда-то в Испанию, в Южную Америку, убеждал Грин Гейнца Паннвица, зачем скитаться под чужим именем, если представляется такая возможность. Они будут жить припеваючи… Грин подтвердит, что Паннвиц работал на русских… И Паннвиц решился.
Вскоре после парада на Красной площади в честь Победы над фашистской Германией Грин и Паннвиц прилетели в Москву. Их встретили в аэропорту и прямо с аэродрома доставили к следователю по особо важным делам. Паннвиц потерял дар речи.
— Ну что ж, господин Паннвиц, — сказал следователь, — теперь вы признаете, что ваша игра проиграна? Вы не подозревали, что мы давно были в курсе вашей игры?.. И вашей тоже, гражданин Грин!..
Гауптштурмфюрер зло обернулся к Грину… Он почему-то вспомнил библейское изречение на железных воротах концлагеря в Бухенвальде и невнятно пробормотал: «Едем дас зейне…» (каждому свое).
Следователь приказал увести арестованных. Затянувшаяся игра закончилась…
ЭПИЛОГ
ЭПИЛОГ
Проходят годы, десятилетия… Все дальше отступают в прошлое минувшие события… И время, как сыпучие пески древнего Хорезма, как материк Атлантиды, хранит ушедшие, нераскрытые тайны…
К прошлому взывают надписи на могильных камнях, памятники, воздвигнутые героям, папки архивных документов с надписью «Хранить вечно!». И память сердца участников прошедших событий. Но люди не вечны, они уходят из жизни, унося с собой воспоминания. Сколько безымянных братских могил осталось на местах сражений. Память о павших поддерживают вечные огни на могилах Неизвестного солдата. Но огни народной печали, огни солдатской славы не в состоянии раскрыть конкретных подвигов воинов.
Поэт писал о Неизвестном солдате:
Волнующая эпитафия на могиле Неизвестного солдата!
Но только книги историков и писателей, мемуары очевидцев могут с наибольшей полнотой раскрыть события прошлого, людей, свершивших подвиги, рассказать об их стойких характерах, удивительных человеческих судьбах. Это — долг историков и писателей перед поколениями людей, которые будут жить после нас, для которых борьба и подвиги ушедших героев станут великим примером самоотверженности во имя идей мира, свободы.
На городском кладбище в Будапеште есть скромная могила. На каменной скрижали высечено:
«Елена Янзен, член Коммунистической партии Германии со дня ее основания».
«Елена Янзен, член Коммунистической партии Германии со дня ее основания».
У подножия памятника цветы, которые Шандор Радо приносит на могилу соратницы и подруги…
После войны профессор Шандор Радо вернулся к старой профессии географа. Он известный и заслуженный ученый социалистической Венгрии, член многих международных обществ и академии наук. Радо написал книгу воспоминаний, где рассказал о своей разведывательной работе, о судьбе Елены Янзен-Радо.