Внезапная догадка оказалась очень приятной. Я демонстративно прошла мимо бывшего, борясь с отвращением: на солнце гнилостная вонь усилилась. Первый испуг прошёл, на смену ему явилось осознание: у человека неоткуда взяться магии. Кай пользуется артефактами. Купленными, отвоёванными, выкранными из хранилищ принцев при помощи десятков таких вот Полозов. Но это всего лишь артефакты. У каждого из них есть свои слабости и недостатки, что доказывают сломанные и выпотрошенные сокровища в доме.

— Ты не ведун, — я подошла к Вису, позволила повесить на своё плечо вторую руку развязанного Полоза, — ты лишь жалкий фокусник. Старикашка, лелеющий обиду. Ты ничего нам не сделаешь.

Полоз бездумно бормотал, мотал головой, словно пытаясь избавиться от наваждения:

— Помогите, помогите, помогите…

Я прикрыла веки, погружаясь в удушающий поток магии. Хозяюшка Туча, небесная покровительница! Здесь нет лесов и воды, нет огня, но небо всегда рядом. Хозяюшка Туча, отзовись и вложи свою силу в мои ладони! Изображение богини, висящее среди прочих амулетов, потеплело.

С усилием, будто сдвигая с места тяжесть, я двинула рукой вперёд. У тебя есть артефакты, Кай. Но я тоже ими запаслась.

Порыв ветра подбросил вверх щебёнку с дороги, зашуршал пылью. На зубах захрустело, пришлось зажмуриться, спасая глаза, а ветер все свистел и свистел, повинуясь приказу, сминая, прижимая к земле того, кого я когда-то любила.

Когда ветер стих, и я открыла глаза, Кай стоял на том же месте. Тяжело дышащий: изрезанная камнями в лоскуты мантия не скрывала бледной кожи с тёмными пятнами, раздувающихся выпирающих рёбер. Но он стоял на том же месте, а в его кулаке мерцал остывающий медальон, защитивший старика.

— Этот фокус я уже освоил, сладкая.

Блик золота — и ветер гнул к земле уже нас, словно ураган тонкие ветви лозы. Я неудачно упала, раскроив щёку, Вис коротко охнул, задев вывихнутое плечо, Полоз едва слышно заскулил.

Мелкий и Морис, которым повезло оказаться за спиной Кая и избежать потока силы, переглянулись и напали на него разом, не давая ни единого шанса увернуться. Старик даже не вздрогнул. Поднял руку, увешанную браслетами, встряхнул — унизанные камешками нити соприкоснулись, и одновременно с раздавшимся звуком бравые защитники «прилегли отдохнуть».

— Да чем же ты этому сморчку не угодила?! — Вис силился перекричать свист ветра.

— Того, что он просто придурок, недостаточно?!

— Вы про всех бывших так говорите!

— Потому что это правда!

Ветер успокоился тотчас же, будто визжащая при виде паука барышня осознала, что выручать её всё равно некому.