– А как, по-вашему, мог он удариться или, лучше сказать, мог об него удариться этот металлический риф? – спросил инженер, показывая ему исковерканный цилиндр.

– Неужели этот жалкий кусок железа?.. – воскликнул Пенкроф тоном полнейшего недоверия.

– Друзья мои, – продолжал Сайрес Смит, – все вы, конечно, помните, что, прежде чем пойти ко дну, бриг поднялся вверх, подброшенный огромным столбом воды?

– Да, мистер Сайрес! – подтвердил Герберт.

– Так хотите вы знать, что подняло этот столб?.. Вот этот цилиндр, – сказал инженер.

– Не может быть! – удивленно проговорил Пенкроф.

– Да! Этот цилиндр – все, что осталось от торпеды!

– От торпеды! – повторили все в один голос, окружая инженера.

– Но кто же мог пустить эту торпеду? – спросил Пенкроф, продолжая сомневаться.

– Только не я, вот и все, что я могу вам сказать! – ответил Сайрес Смит. – Но кто-то ее пустил, и вы сами видели, какой страшной разрушительной силой она обладает.

Глава пятая

Глава пятая

Объяснения инженера. – Грандиозные планы Пенкрофа. – Воздушная батарея. – Четыре ядра. – Оставшиеся в живых пираты. – Колебания Айртона. – Великодушие Сайреса Смита. – Пенкроф нехотя сдается.

Итак, причина крушения брига найдена – это торпеда. Сайрес Смит во время войны не раз имел дело с этими снарядами и поэтому не мог ошибиться. Только такой снаряд, начиненный каким-то взрывчатым веществом – нитроглицерином или чем-нибудь другим, – мог с ужасающей силой вместе со столбом воды подбросить на воздух и сам бриг. Действием этого снаряда объясняются и пробоины в носовой части, и повреждения внутри самого судна, сделавшие его совершенно непригодным. Понятно, что «Быстрый» не выдержал удара торпеды, которая так же быстро потопила бы любой броненосец, как простую рыбачью лодку.

– Да, теперь все ясно… непонятно только, каким образом в пролив попала торпеда!

– Друзья мои, – сказал Сайрес Смит, – теперь уже не остается никакого сомнения в том, что на нашем острове живет какой-то таинственный человек, может быть, это тоже потерпевший крушение, подобно нам выброшенный на остров Линкольна. Я все это говорю, главным образом, для того, чтобы Айртон узнал обо всех загадочных событиях, случившихся за эти два года. Кто этот неизвестный благодетель, который так вовремя всегда приходит нам на помощь в трудные минуты? Этого я не знаю и даже не могу себе представить, кто бы это мог быть. Что заставляет этого человека скрываться от нас и оказывать нам помощь так таинственно? Я не могу придумать какое-нибудь более или менее правдоподобное объяснение. Но это, конечно, нисколько не уменьшает его достоинств, тем более что оказывать нам помощь в том виде, как это делалось до сих пор, может только человек, располагающий огромной силой. Айртон обязан ему точно так же, как и мы, потому что я убежден, что неизвестный, вытащивший меня из воды после падения воздушного шара, и автор записки, которую мы нашли в заливе, одно и то же лицо. Это он, и никто другой, сообщил нам о несчастном положении нашего друга Айртона на острове Табор. Он подбросил на мыс Находки ящик с вещами, которые были нам необходимы. Он зажег сигнальный огонь ночью на плато, чтобы вы нашли дорогу домой. Дробинка, которая оказалась в теле молодого пекари, вылетела из его ружья. Наконец, он взорвал торпедой пиратский бриг. Одним словом, все эти загадочные факты, которые мы не могли объяснить, – все это дело рук нашего таинственного покровителя. Но кто бы он ни был – потерпевший крушение или же добровольно поселившийся в уединении на этом острове, – мы можем только благодарить его за все, что он для нас сделал. Мы у него в долгу, и я не теряю надежды, что рано или поздно нам представится случай заплатить этот долг.