— А из-за чего вышла ссора? — задумчиво спросила Леонора.

— Не знаю, сударыня. Я был далеко и ничего не слышал.

— Как же вы узнали, что дворянина зовут Пардальян?

— А это имя Саэтта вопил на всю округу…

— Понятно… Вы еще не сказали монсеньору, что нашли ту, кого он (пауза)… ищет?

— Сказал, сударыня, и показал дом, где она укрывается.

Леонора еле приметно нахмурилась:

— К чему такая поспешность?

— Чистый случай. Я повстречал монсеньора, и мы пошли как раз мимо этого дома. Я счел нелишним рассказать о своем открытии, поскольку точных указаний на сей счет у меня не было. Но на всякий случай я принял меры. Монсеньор хотел войти в дом — я уверил его, что дом охраняется. Это неправда — после ухода господина де Пардальяна девушки остались одни. Далее, я взял подготовку похищения на себя и попросил на то, чтобы все уладить, два или три дня. Так что, сударыня, все по-прежнему в вашей власти.

Леонору эти объяснения удовлетворили.

— Вы умный слуга, — сказала она. — Я позабочусь о вас, господин де Сен-Жюльен.

Шпион чуть не до полу склонился в поклоне.

Леонора глубоко задумалась, подперев голову рукой. Сен-Жюльен молча ждал ее распоряжений. Наконец она спокойно сказала:

— Сделайте вот что…

И шепотом отдала свои приказания. Она говорила около четверти часа. Затем Сен-Жюльен вышел.

Приоткрыв дверь на улицу, он огляделся по сторонам и, не заметив ничего подозрительного, неспешно зашагал к Круа-дю-Трауар.

При этом Сен-Жюльен повернулся спиной к маленькой харчевне, что стояла почти напротив дома Кончини. Не прошел он и нескольких шагов, как дверь харчевни отворилась. На порог вышли Эйно, Лонваль и Роктай. Они узнали товарища со спины.

— Вот тебе на! — воскликнул Эйно. — Сен-Жюльен! Какого дьявола он делал у Кончини в такой час, если хозяина нет дома?

— Не будь госпожа Леонора так дурна собой, — ухмыльнулся Лонваль, — а главное, не будь она влюблена в своего сиятельного мужа, я бы подумал: наш друг поступает с Кончини так же, как тот, по сплетням судя, с королем.

— А недурно, право, было бы! — хихикнул Роктай.