Кристофер был в меньшинстве. Он сделал быстрый ответный выпад, шквал хорошо отработанных ударов, которые отбросили Тома назад, развернув его кругом. Кристофер все еще горел желанием отомстить, но ему начали угрожать другие опасности. Замок пал – скоро сюда спустятся другие люди. Он должен был бежать.

Он заставил Тома подойти поближе к Саре. Теперь уже ничто не стояло между Кристофером и дверью. Он снова набросился на Тома - серия точных, хорошо отработанных движений прямо из руководства по фехтованию. Как он и предсказывал, Том автоматически блокировал их – но когда он приготовился к последнему броску, Кристофер внезапно отпрянул назад. Прежде чем Том успел отреагировать, Кристофер резко развернулся и убежал. Том услышал, как его шаги исчезли на лестнице.

Сара вскрикнула, глубокий стон перерос в мощный визг. Том подбежал к ней.

С отрыжкой крови и жидкости ребенок вышел из нее и оказался в ожидающих руках Агнес.

- ‘У тебя есть сын.’

Лицо его было сморщено, как у старика, глаза плотно закрыты, пуповина все еще связывала его с матерью. Его кожа была пугающе синей.

- Он ... жив? - Ураган эмоций накрыл Тома с такой силой, что ему стало дурно. Минуту назад он боролся за свою жизнь с дьяволом, которого сам же и создал; теперь же он воссоединился с Сарой, и стал отцом. Его мысли потянулись в таком количестве направлений, что он подумал, что они должны разорвать его на части.

Агнес крепко хлопнула ребенка по спине. Ребенок закашлялся и захлебнулся. Он приоткрыл глаза и уставился на Тома сонным, растерянным взглядом.

- Возьми его, - подбодрила Тома Агнес. - Он твой.’

Она положила ребенка Тому на руки, хотя он едва осмеливался держать его. Ребенок был таким крошечным, что он едва чувствовал его вес. Но в тот момент, когда Том прикоснулся к сыну, он ощутил такую волну любви и ответственности, какой никогда не испытывал раньше. Слезы защипали ему глаза. Буря эмоций, охватившая его, утихла в одно мгновение, заглушенная безмятежным спокойствием в этих невинных глазах.