— Значит, мы закроем твои учреждения отозвав образовательную лицензию, — перешёл он на ты и сразу к угрозам.

— А какое отношение вы, федералы, имеете к лицензии, выданной Берлинским департаментом образования? — попытался трепыхаться я.

— Мы найдём чем на них надавить, — бросил мне чиновник. — Твоё дело, создать такие группы, а уж мы сами будем направлять в них детей.

— А финансирование? У меня все группы платные, — выдал я уже последний аргумент, хотя прекрасно понимал, что это просто развод на деньги.

Но мне нужно было этого неприятного типа додавить до конца, до взрыва, чтобы потом, спокойно воспользоваться записью нашего разговора. Включённый диктофон лежал у меня во внутреннем кармане пиджака, а проводной микрофон проходя по пиджачному рукаву, замаскировался вместо пуговицы шлица.

— Ха-ха-ха! Сразу видно нытика осси! Кто о чём, а они о деньгах! — непонятно почему развеселился этот мудак. — Ты будешь платить, а мы детей присылать. А будешь артачиться, то мы всё у тебя отберём, и поедешь назад в свою грязную Тюрингию, хвосты коровам вертеть.

Получившуюся запись я отнёс знакомому архиепископу, а уж тот сам с ней ходил к бургомистру Берлина. В итоге, того чиновника уволили, мне пообещали всяческие преференции, но попутно натравили на меня уже Берлинский Югендамт (Jugendamt[184]), все с той же проблемой, детсады для детей-инвалидов.

Я сначала перепугался. Ведь про немецкий Югендамт в моём прошлом мире рассказывали всякие ужасы и его именем пугали детей и родителей, как иммигрантов, так и немцев. Но как оказалось, я боялся не того. Не проверок и закрытий мне надо было бояться, а неугомонной их деятельности. И самоё главное, здесь я уже никак не мог отказаться от предложения мне поступившего сразу после защиты моего бизнеса со стороны городских властей.

Городское управление по делам молодёжи при поддержке районов города выделило несколько зданий на условиях бесплатной и бессрочной аренды, для организации в них садов и яслей, но уже для детей инвалидов. Ремонт и оборудование за мой счёт, половина детишек — на коммерческой основе, а вторая половина — по направлениям из Югендамта за списание части городских налогов. Вроде бы всё выгодно. Но я все доступные мне средства потратил еще до этого, и мне просто не на что было начинать новый проект.

Пришлось влазить в долги, брать кредиты и даже продать на книжном аукционе «Кристис»[185] тринадцать томов про приключения ежика Мекки, которые я купил в Москве, когда мы с бабулей ездили за кладом. Специально ездил в Мюнхен, так как там было германское букинистическое отделение этого аукционного дома.