…

Как мне ни хотелось подробнее рассмотреть свою находку, я всё же терпеливо доехал до Берлинского дома. И только загнав машину в бокс, я чуть ли не бегом кинулся за цинком.

Монеты в ящике оказались золотыми марками Германской империи 1903 года выпуска. Но не простыми. Каждая монета была достоинством в двадцать марок Саксонского королевства и весом в восемь граммов. На аверсе монеты был изображён мужик в профиль с шикарными бакенбардами и шла надпись — «GEORG KOENIG VON SACHSEN». Всего, в ящике, было восемьсот двадцать две подобных монеты.

И что мне теперь с ними делать?

Глава 37

Глава 37

— 500 евро, плюс, минус, — эксперт-нумизмат извлек откуда-то из под стола круглый пластиковый бокс и, поместив туда золотую монету, которую я принёс на экспертизу, положил передо мной.

— Даже за монету в таком состоянии? — задал я дополнительный вопрос.

И не спроста. Все монеты, найденные в пулеметном ящике, были в очень непрезентабельном состоянии, потертые, с царапинами разной степени глубины и даже вмятинами по краю, похожими на укусы.

— Да. Очень редкая монета. Во-первых, её тираж был всего дести пятьдесят тысяч. Во-вторых, девятисотая проба золота, что довольно большая редкость во всех выпусках золотых имперских монет. Ну, и в-третьих, осталось их не очень много. Что-то их хозяева закопали на чёрный день, а потом закопали и хозяев, если вспомнить, что творилось на территории нашей родины всю первую половину двадцатого века. Какую-то часть переплавили на украшения, что-то потерялось, вот и выходит такой большой ценник. Так что, мой вам совет — придержите монету у себя. Очень хорошее инвестиционное вложение. Если у вас всё, и вы не собираетесь продавать монету, то с вас пятьдесят евро за консультацию.

Оплатил услуги и, выйдя из здания, задумался. У меня, этих монеток на четыреста одиннадцать тысяч евро. Шесть с половиной килограмм золота. Вот за что это мне? С чего на меня всякие ништяки сыпятся? Все эти редкие монеты в Азове, а теперь еще и здесь. Про Питерский клад я знал, так что его я не учитываю, но всё остальное…

Пока я предавался размышлениям, мои ноги, сами, принесли меня к спуску в метро (U-Bahn), и я даже начал спускаться, но вовремя вернулся в реальный мир.

— Тьфу пропасть, — сплюнул я на ступени и опасливо заозирался, не увидел ли кто из немцев моего неподобающего поступка, но рядом оказались лишь два смуглых товарища, то ли арабы, то ли турки. — И нахрена я сюда поперся? — зло спросил я у ближайшего турка по русски, отчего тот испуганно от меня шарахнулся и чуть не упал. Я же, пожав плечами, развернулся, и направился вверх к своему автомобилю.