До сих пор капитан Марион все же считал необходимым принимать некоторые меры предосторожности. Так, дикарям было запрещено появляться на судах с оружием, а шлюпки ходили на берег не иначе, как с хорошо вооруженной командой. Однако туземцы своим обращением ввели в заблуждение не только Мариона, но и самых недоверчивых его офицеров. Поэтому глава экспедиции приказал, чтобы матросы ходили в шлюпках на берег без оружия. Тщетно капитан Крозе убеждал Мариона отменить такой приказ — ему этого не удалось добиться.

Тут предупредительность и преданность новозеландцев еще более возросли. Вожди их жили с французским офицерами в самой нежной дружбе. Не раз Такури привозил на суда своего сына и оставлял его там ночевать. 8 июня, когда Марион сделал торжественный визит вождю, туземцы провозгласили французского капитана «великим вождем» всего края и в знак почтения украсили волосы его четырьмя белыми перьями.

Так прошло тридцать три дня со времени прихода судов в бухту Островов. Работа по выделке мачт подвигалась вперед. Ею руководил лично капитан Крозе. Суда запасались пресной водой из источников островка Моту-Аро. Словом, все шло так, что, казалось, не могло быта ни малейшего сомнения в успехе предприятия.

12 июня катер командира был приготовлен для рыбной ловли близ поселения, где жил Такури. Марион отправился на эту рыбную ловлю с двумя своими молодыми офицерами — Водрикуром и Легу, — одним волонтером, одним каптенармусом и двенадцатью матросами. Их сопровождали пять туземных вождей во главе с Такури.

Ничто не предвещало той ужасной катастрофы, которая ожидала шестнадцать европейцев из семнадцати.

Катер отвалил от борта, понесся к берегу и вскоре скрылся из виду.

Вечером капитан Марион не вернулся ночевать на свое судно. Это не возбудило ни в ком беспокойства. Решили, что капитан пожелал посетить лагерь в лесу и там заночевал.

На следующее утро шлюпка с судна «Кастри», по своему обыкновению, отправилась за пресной водой на островок Мото-Аро. Она благополучно вернулась обратно. В девять часов утра вахтенный с «Маскарена» заметил в море плывущего к судам уже почти обессилевшего человека. На помощь ему была послана шлюпка, которая и доставила его на судно.

Это был Турнер, гребец с катера капитана Мариона; у него были в боку две раны, нанесенные копьем. Из семнадцати человек, покинувших накануне судно, вернулся он один.

Турнера засыпали вопросами, и вскоре стали известны все подробности этой ужасной драмы.

Катер злополучного Мариона пристал к берегу в семь часов утра. Дикари с веселым видом попрыгали в воду навстречу гостям и на плечах вынесли на берег офицеров и тех из матросов, которые не пожелали замочить себе ноги.