Прежде, чем начать разговор, толстяк Эндрю тщательно осмотрел туалет и проверил все три кабинки. Они были пусты.
– Мы должны остаться в кафе, – убежденно сказал толстяк.
– Игра окончена, Эндрю, – возразил Джонни. – Вполне возможно, нужен еще один пароль.
– Никакого второго пароля нет, я уверен! – Эндрю даже притопнул ногой. – Джонни, рыжеволосая бестия «купила» тебя как заурядного дилетанта. Она намекнула на второй пароль, но это была самая элементарная проверка, понимаешь ты это или нет?!.. А ты растерялся и попросту выдал себя. Прости меня, Джонни, но ты повел себя как последний кретин.
– Но тогда что я должен был ответить на ее вопрос «Кто?»
– Да ничего!.. Ты должен был улыбнуться в ответ и пожать плечами. Ты проиграл, Джонни!.. Но, повторяю, мы должны остаться здесь.
– Зачем? – Джонни рассматривал в зеркале свежие, небольше царапины от женского маникюра на своем лице.
– Во-первых, хотя бы потому что на улице нас ждут люди Фила Андерсена. А, во-вторых, эту рыжеволосую «красотку» мог подсунуть нам и сам Андерсен.
– А смысл?
– Возможно, слишком хитроумный Фил подозревает, что ты носишь копию компромата с собой. Вдруг он решил, что ты захочешь подбросить его русским?
– Я не сдаю своих, даже если они откровенные негодяи, – сухо заметил Джонни. – И если «красотка» пришла от Фила, почему она не взяла конверт?
– Потому что в нем могли оказать те документы, которые дал нам сам Андерсен. Это очень тонкая игра, Джонни. И пойми, если мы покинем кафе сейчас, значит мы прекращаем игру. Но с чем, в итоге, мы остаемся?! С двумя конвертами в твоем кармане, за один из которых нас наверняка могут обвинить в предательстве.
Джонни снова хотел что-то возразить, но Эндрю энергично замахал обеими руками.
– Джонни, малыш Джонни, я не могу знать всего!.. Эта игра слишком сложная, чтобы я смог понять все и сразу. Но если рыжеволосая «красотка» не взяла конверт, значит, кому-то нужно чтобы все было именно так.
– Кому?.. Шефу рыжеволосой генералу Кошкину?
– Вряд ли Кошкину нужна такая хитроумная игра. Его интересует только информация в конверте. А теперь пошли работать, Джонни. Я уже не сомневаюсь, что наша юная официанточка уже скучает по тебе.