– Про лагерь отдыха, – Кузовлев указал пальцем в окно. – Про конкурс молодых талантов. Про лосеферму. Про питомник хасок. Про лесной патруль. А у тебя «Пила-3».

– Про лосеферму я тоже писал.

– Ну да, как же, помню, «Лось барану не товарищ».

– Я не виноват, что они на лосеферме вместо лосей баранов втихаря разводили…

Кузовлев стукнул пальцем по столу.

– А что? – спросил я. – Это же правда, все знают…

– Я устал от твоей правды, Бенгарт. Каково население нашего города?

– Около сорока тысяч. Если верить последней переписи…

– Около сорока тысяч, – кивнул Кузовлев. – А безобразий как на Нижний Новгород. На лосиной ферме недокармливают лосей, властная элита злоупотребляет полномочиями, художники культивируют дегенеративное искусство…

– А вы были на выставке этнодадаизма? – неосторожно перебил я.

– Был! – крикнул Кузовлев. – Был. И ничего ужасного я там не увидел! Нормальное этническое творчество! Возрождение самобытной культуры…

Я промолчал. Не хотелось спорить, чего прошлое ворошить? Этнодадаисты уже успокоились, подарили мне свой альбом, и я листал его перед сном и постепенно привыкал к этим их каракулям и начинал видеть в них какой-то и смысл.

– А про отопительный сезон?! Я поручил тебе про подготовку к отопительному сезону написать, вскрыть проблемы, указать на недостатки. А ты что?

– Я вскрыл.

– Вскрыл?! «К январю сдохнем» – это, называется, вскрыл?!

– Это мне сам Лапин из «Теплоэнерго» сказал, – попробовал оправдаться я.

– Да мало ли что тебе Лапин брякнул! Ты знаешь, что мэр, как это прочитал, полдня по стенам бегал! «К январю сдохнем»! И это на официальном сайте! Хорошо, вовремя убрали!

– Но ведь это правда…

Кузовлев схватил сифон – у него старомодный сифон – нацедил себе в стакан, выпил. Еще нацедил и выпил, с удовольствием, мне тоже пить захотелось, но со мной главред, конечно, не поделился, субординация-с.

Напившись, он уселся на свое место, закурил и чуть успокоился.