Пока прибывшая часть разгружалась и осваивалась – Николай, который на тот момент был на полигоне – понял, что если он не выберется сейчас – другой возможности выбраться у него не будет несколько дней. А возможно, и несколько недель. Здесь была группа советских военных советников – и найти дело в Багдаде оказалось проще простого. Тем более что у него была своя машина – подаренная Саддамом Вольво. Его нагрузили поручениями, почтой, документами – и он поехал в Багдад.

За посольством следили, он понял это сразу – иракцы не были искушены в слежке и не находили ничего лучшего, чем сидеть в машинах. Однако, ничего такого не произошло – он вызвал к воротам человека и передал ему всю документацию, какая у него была для посольства. Потом – поехал в сидящий отдельно аппарат ГВС. За ним никто не увязался.

В аппарате ГВС – он передал целую коробку с документами, потом – зашел к Бахметьеву. Тот – сидел в кабинете, в каком то оцепенении. Перед ним – стояла кружка с чаем, большая, местная, медная – полная, он из нее не пил.

– Старшой… – сказал Николай

…

– Старшой…

– А… Садись.

Бахметьев достал еще кружку, набулькал того же. Николай поднес к губам – чай, в который на треть налит спирт. Чай жирный, бедуинский, с солью – но только русские додумались туда и спирта еще… Адское зелье, особенно по жаре.

– Ты чего, старшой?

– Ничего. Хреново всё…

– Жизнь не сказка.

– А?

– Жизнь не сказка. Так мне мать говорила.

– Эт точно.

– Ты чего, старшой. Хочешь, чтобы выслали тебя?

– Да хрен с ним…

– Да ты чего?!

Николай схватил кружку Бахметьева, плеснул на стену. Зелье – разлилось по стене, оставив на ней жирное пятно….

– Э…

Николай провел контрприем, перехватил руку