— Да, — сказал Борис, когда парень закончил свой рассказ. — Хлебнул ты, Костя, дерьмеца… Но ты не один такой, сам понимаешь. И на фоне того, сколько народу сейчас тут в виде трупов по городу раскидано — ты еще счастливчиком можешь считаться.

Костя только хмыкнул, услышав это.

— Да, мне, конечно же, кое-где повезло. Вот рана эта, хотя бы. Могли ведь продырявить… Мне бы только радоваться, но как-то не весело мне. Не могу я, как собака жить, чтобы просто и без мыслей о будущем! Хочется к чему-то стремиться, на что-то надеяться и…

— Вот! — перебил его сосед.

Борис даже приподнялся на своем матрасе, странным взглядом глядя на парня.

— Я, Костя, за все эти дни, с разными людьми говорил. У одних спрашивал, другим подсказывал. Но знаешь, сколько из них, подобно тебе мыслят? Ни одного я пока не видел! Часть просто живет, а кто-то только и рад, что пулю не словил. Живут все по принципу «хоть день, да мой!» А ты вот — задумываешься!

— Да толку-то от этих мыслей? — хмыкнул Костя. — Дурак думкой богатеет.

— Ну, не скажи! В нашей ситуации, каждый трезвомыслящий человек — на вес золота! И вот скажи мне, Костя, если бы у тебя…

Борис вдруг замолчал, глядя в дверь в темный коридор. Там послышались голоса и в комнату ввалились дружки-шутники. Выглядели они возбужденными.

— Ну, что?! — выкрикнул толстячок Рудик. — Новостей хотите?

— Смотря каких, — проговорил Борис.

— Веселых и радостных! — глупо заржал Длинный.

Эти двое присели на корточки рядом и толстячок сказал:

— С китайцами, мы вроде разобрались, а теперь сюда турки лезут.

— Не понял… — пробормотал Борис.

— Они уже в Котельниково! Говорят там целая армия, с танками и прочим. Сюда вроде нацеливаются! Так что, готовьтесь к Новому Сталинграду!

Костя вспомнил, что Котельниково — это один из райцентров Волгоградской области. Где этот город, Костя не знал, но точно где-то южнее и не очень далеко, до него часа три вроде езды…

— А откуда эта информация? — поинтересовался Борис.

— Все уже говорят? Хочешь подробностей, с Кариком поговори.

— Чушь какая-то, — пробормотал Борис, укладываясь на свой матрас и вытягивая ноги. — Где мы, а где Турция?