Он обратился к смородиновому кусту у дороги, из которого выглянула кудрявая голова Джонни Филджи. Сей возвращающийся домой юнец с трудом выдрался из куста — вместе с книжками, грифельной доской и ведерком из-под завтрака, до половины наполненным ягодами, такими же незрелыми, как и он сам, — и бочком подошел к ним.

— Вот тебе десять центов, Джонни, купишь конфет, — сказал Сет, пытаясь изобразить на своем перекошенном от злобы лице нечто вроде улыбки.

Испачканная синим ягодным соком ладошка Джонни немедленно сомкнулась, зажав монету.

— А теперь смотри говори правду. Где Кресси?

— Целуется со своим женихом.

— Умник. А кто же ее жених?

Джонни замялся. Он однажды видел Кресси с учителем: он слышал, как дети шепчутся, что она и учитель любят друг друга. Но сейчас, глядя на Сета и миссис Маккинстри, он понимал, что взрослые ждут от него не этой чепухи, а чего-то необыкновенного, потрясающего, и, как честный человек с богатым воображением, он намерен был сполна отработать полученные деньги.

— Говори же, Джонни, не бойся.

Джонни не боялся, он просто соображал. Ну, конечно! Он вспомнил, что недавно видел, как из лесу выходил образец всех совершенств — великолепный мистер Стейси. Что может быть поэтичнее и красочнее, чем соединить его с Кресси? И он с готовностью ответил:

— Мистер Стейси. Подарил ей часики и кольцо из чистого золота. Скоро свадьба. В Сакраменто.

— Лживый пащенок! — Сет схватил его за плечи. Но миссис Маккинстри вмешалась.

— Пусти мальчишку, — сказала она, сверкнув глазами. — Я хочу с тобой поговорить.

Сет отпустил Джонни.

— Это все подстроено, — буркнул он. — Форд его научил так ответить.

Но Джонни, очутившись под защитой смородины, решил попробовать еще разок, уже без выдумок.

— Я и не то еще знаю! — крикнул он.

— Поди ты, щенок золотушный! — грозно рявкнул Сет.

— На спорный участок поехал шериф Бригс, и с ним народу и лошадей — тьма-тьмущая, — скороговоркой, чтобы не успели перебить, выпалил Джонни. — Я сам видел. Мор Харрисон говорит, его отец выгонит Хайрама Маккинстри. Ур-ра!

Миссис Маккинстри резко обернулась к Сету.

— Что такое он плетет?