А. Е. Коцебу. Переход Суворова через Чёртов мост

Легенда напрасно драматизировала отдельные ее факты. Суворову не приходилось при отступлении солдат удерживать их, как предполагали, приказывая рыть ему могилу на оставляемой местности. Сопровождаемый швейцарским офицером, Антонио Гамма, который с ним не расставался в продолжение всего похода, подвижный, внушающий доверие и в критические моменты, как всегда, не щадивший себя, фельдмаршал должен был скорее сдерживать порыв своих войск. Но его собственный пыл трудно мирился с выжиданием результата маневров, имевших целью сломить сопротивление противника. Направив свой отряд позади Айроло на левый фланг французов, Багратион своим движением быстро, однако, заставил очистить южную часть прохода! На Чертовом мосту Луазон держался стойко, но был обойден в тыл Розенбергом, и 26 сентября, около полудня, без больших потерь, русские были в Альтдорфе, где Суворов думал соединиться если не с Корсаковым, то, по крайней мере, с Линкеном.

Он совершил одно из своих любимых сенсационных вступлений в этот маленький город; но об Линкене и его товарищах по оружию он не имел никаких известий; и предположенное движение к Люцерну с двумя обходными колоннами из одной точки должно было показаться ему невозможным. Фельдмаршал предположил, что, не имея возможности проникнуть дальше, Линкен ждал его в Муотатале, близ Швица, и на другой день решил с ним там соединиться. Удивлялись, что при своей неуверенности он не попытался достигнуть верхнего течения Линты скорее через Клаузенское ущелье, которое Гамма был, конечно, в состоянии ему указать. Эта дорога довольно легкая, давала ему уверенность встретиться с Линкеном. Предполагали, но без достаточных оснований, что в этом случае им руководила другая воля, именно великого князя Константина. К трудностям этого похода юный сын Павла действительно прибавлял еще лишнюю обузу своей персоной. Его участие в последнем периоде Итальянской кампании не было блестящим, и впоследствии он проявил себя несколько раз в Швейцарии еще менее славным образом. Он легко принимал повелительный характер, но его мнения основывались обыкновенно на малодушии, которое на этот раз не могло его вдохновить в предполагаемом направлении.

К тому же дорога к Муотенской долине, помимо связанной с ней страшной неизвестности, была еще более трудной. Ведя через Шэхенталь к подножию Руозальпа, она проходила затем по крутым скатам Кинцигского прохода тропинками, по которым ходили одни пастухи. Чтобы перейти через перевал и достигнуть долины, русским пришлось потратить больше мужества и энергии, чем на Сен-Готарде, а при прибытии их ожидало известие о цюрихском поражении.