Профессор вынул записную книжку и карандаш. Он записывал фразу за фразой, стараясь не пропустить ни одного слова.

— На пути в Англию, — закончил Рутерфорд свой рассказ, — я заразился тропической лихорадкой. Восемь месяцев, не вставая, лежал я на койке. Капитан, видя, что я не могу работать, почти не кормил меня. Как я не умер, мне самому непонятно! Я вернулся на родину инвалидом. С трудом притащился я к домику, где жили мои сестры. Но оказалось, что они умерли и домик принадлежит чужим людям. Мне нечего было есть, негде было спать, и я был еще болен, не мог работать, и меня отовсюду гнали. Я ходил из дома в дом, из деревни в деревню, из города в город, но никто не хотел даже глядеть на меня. Лучше быть новозеландским рабом, чем бедняком в Англии! Наконец меня схватили за бродяжничество и бросили в тюрьму, хотя я не сделал ничего плохого. И скажу вам по совести, сэр, в английской тюрьме мне было хуже, чем в новозеландской.

Рутерфорд поднял голову, и глаза его засверкали странным, болезненным блеском.

— Теперь я служу в этом балагане, пою дикарские песни, — продолжал он, — а в свободное время хожу в порт, спрашиваю, не идет ли в Новую Зеландию какой-нибудь корабль и не нужен ли им опытный матрос. Ведь Эшу ждет меня.

Часть пятая Капитан Дюмон-Дюрвиль и его запоздавшая находка

Часть пятая

Капитан Дюмон-Дюрвиль и его запоздавшая находка

Через сорок лет

Через сорок лет

О Лаперузе еще не все позабыли

О Лаперузе еще не все позабыли

Неужели тайну исчезновения Лаперуза так и не разгадали? Неужели после экспедиции д’Антркасто никто не пытался узнать, что случилось с экспедицией Лаперуза?

Франции долго не было дела до Лаперуза. Французская республика изнемогала в борьбе с контрреволюцией. Все государи Европы, боясь за свои троны, заключили между собой союз и напали на революционную Францию. Десять лет, почти не прекращаясь, тянулась война. Потом генерал Наполеон Бонапарт сверг республику и провозгласил себя французским императором. Мира это не принесло. После короткой передышки снова началась война и тянулась еще десять лет. Главным врагом Франции была Англия. Английский военный флот был гораздо сильнее французского, и французские суда боялись выходить в море. Франция не могла послать корабли на розыски экспедиции Лаперуза.

Но это не значит, что о Лаперузе никто не помнил. Особенно часто вспоминал о таинственно исчезнувшем мореплавателе мальчик-сирота по имени Жюль Себастьен Дюмон-Дюрвиль.

Дюмон-Дюрвиль родился в 1790 году, через пять лет после того, как фрегаты Лаперуза вышли из Бреста. Родители его умерли, когда он был совсем маленьким, и его воспитывал дядя. Дядя хотел, чтобы племянник стал инженером, но маленький Жюль мечтал стать моряком.