А сколько нужно было отваги, чтобы годами блуждать по неведомым водам, не зная, что ждет тебя за линией горизонта! Деревянные днища кораблей гнили, обрастали корой из ракушек. Порой не хватало продуктов, кончалась пресная вода. Но тысячи миль [2] оставались позади, а волны по-прежнему били в борта, и менялось только расположение созвездий в небесах.
На самой высокой мачте висела корзина, в которой сидел матрос. Волны шатали корабль, и корзина качалась, как люлька. Впередсмотрящий сидел в корзине, вглядываясь в даль и стараясь заметить землю. Так качался он между водой и небом, ничего не видя, кроме волн. И вот наконец он замечал на горизонте синюю туманную полосу. Стремительно спускался он вниз, на палубу, радостно крича во все горло:
— Земля!
Так все ясней становились очертания исполинского океана и мало-помалу люди открывали новые страны. Одни из этих моряков потонули, другие погибли в боях, и только немногим пришлось умереть дома, на родине. Но мир никогда не забудет бесстрашных водителей фрегатов. Вот имена самых прославленных капитанов: Джеймс Кук, Жан Франсуа Лаперуз, Иван Федорович Крузенштерн, Юрий Федорович Лисянский, Жюль Себастьен Дюмон-Дюрвиль.
О них мы и расскажем в книге «Водители фрегатов».
Автор
Автор
Часть первая Капитан Джеймс Кук и три его кругосветных плавания
Часть первая
Капитан Джеймс Кук и три его кругосветных плавания
Мальчик из лавки
Мальчик из лавки
Джеймс Кук впервые выходит в море
Джеймс Кук впервые выходит в море
Когда какому-нибудь судну, стоящему в доке [3] города Стейта, нужно выйти в море, поднимается суматоха. Док всегда переполнен, корабли стоят борт о борт, сжатые извилистым каменным молом. [4] С берега мачты кажутся непроходимым лесом — такое их там множество и такая там теснота.
Чтобы вывести одно судно из дока, надо переставить все до единого. А это нелегкое дело.
И вот на мол взбегает служащий дока с рупором в руках.
— «Горец», вперед! — гудит рупор. — Стань рядом с «Нептуном»! «Нептун», вперед! Стань рядом с «Трезубцем»! «Трезубец», вперед! Стань за «Неустрашимым»!