Офицеры молча наблюдали за похоронным обрядом. Затем они препроводили охранников в центральную каюту, и капитан облегченно вздохнул:
— До завтра не выпускать. Пусть поостынут. — Силы явно его покинули, он с трудом поднес руку к покрытому испариной лбу. — Что-то мне неможется. Командуйте, мистер Кроул.
— Отдыхайте, сколько вам понадобится. У меня все под контролем, сэр.
* * *
Об отсрочке казни Дити узнала в числе последних и теперь на все лады себя костерила за то, что тратила драгоценное время, купаясь в собственных переживаниях. Было совершенно ясно: если она хочет помочь мужу, надо следовать его примеру — в критических ситуациях Калуа полагался на холодный расчет, а не на свою силу. Интуиция подсказала, к кому обратиться.
— Глупышка, присядь ко мне, — позвала Дити.
— Что, бхауджи?
Приобняв Полетт, Дити зашептала ей на ухо:
— Посоветуй, что делать? Если не произойдет чуда, завтра я стану вдовой.
Полетт стиснула ее руку:
— Не теряй надежды. До завтра далеко, всякое может случиться.
Дити заметила, что все утро девушка крутилась у вентиляционной отдушины; она явно чего-то недоговаривала.
— Что-то затевается, Глупышка?
Полетт замялась, но потом кивнула:
— Да. Только не спрашивай что, я не могу сказать.
Дити скользнула по ней цепким оценивающим взглядом:
— Ладно, не буду ни о чем расспрашивать. Только скажи: есть ли надежда, что до утра мой муж выберется отсюда живым?
— Кто знает, бхауджи? Но шанс есть.
—