— Зильке! — крикнул он странным голосом. — Это кристальчики, не правда ли? Ну так не пройдет и месяца, как мы с вами… гм, гм… сделаем из них кристалломальчиков и кристаллодевочек, без всякого вреда для гексагональной системы.

С этими таинственными словами он погрузился в недра лаборатории, где снова забулькало, зашипело и потекло во всех трубочках, банках и ретортах. Желтый и зеленый глаза доктора светились острым блеском, когда он наконец оторвался от работы, глядя на темно-красную жидкость, стекавшую в хрустальную чашу под герметическим колпаком. Она приводила его в волшебное оцепенение. Он стиснул пальчики в резиновых перчатках, чтоб они не вздумали младенчески захлопать в ладоши. Именно в таком виде застал его Леопольд Дубиндус, пришедший за своей справкой.

— Вы хотите, дорогой херр, узнать анализ этой руды? — тихо спросил дядя Гнейс, вперяя в него звездочки морщин.

Дубиндус тревожно заерзал на стуле.

— Если это по части теории, — откашлялся он, — по части …кха… теории, то в нашем деле, уважаемый доктор, она не стоит даже той бабы, что снится нам во сне. Осмелюсь просить вас закрепить на бумаге, в двух-трех словах, злокачественность этих осколков с практической точки зрения.

— Злокачественность? — Странная улыбка прошла по лицу доктора. — Вы твердо уверены, что вам нужна именно злокачественность вот этих камешков, — он поднял руку с сине-серым осколком, — неизвестно откуда к вам попавших?

— Они попали под мой автомобиль из кармана злоумышленника, — сухо отрезал Дубиндус, — для нас, сударь, всякое вещество интересно не больше, как доказательство.

— В самом деле, — протянул доктор Гнейс, беря со стола лист бумаги и кусая кончик ручки. — Ну, хорошо. Я дам вам именно то, что вы желаете.

С этими словами он набросал на бумагу тончайшее кружево самого причудливого почерка в мире и протянул ее Дубиндусу.

«Могу засвидетельствовать, что представленные мне осколки — сине-серого цвета, твердой консистенции, неправильного октаэдра, будучи положены под шину автомобиля, могут вызвать повреждение этой последней. Доктор Гнейс».

«Могу засвидетельствовать, что представленные мне осколки — сине-серого цвета, твердой консистенции, неправильного октаэдра, будучи положены под шину автомобиля, могут вызвать повреждение этой последней.

— Вот-вот! — обрадовался Дубиндус самым искренним образом. — Правосудие вам признательно. Прощайте!

Он схватил со стола осколки, спрятал бумагу в портфель и, не теряя времени, выбежал из комнаты, столкнувшись в дверях с дюжим слугой доктора, спешившим к своему хозяину с неменьшей скоростью.