Появился еще один отряд аборигенов, которые, громко трубя в раковины, шли к берегу, размахивая дубинками, дротиками и луками. Высокий старик, один из вождей, видевших тело соплеменника, вышел вперед и обратился к солдатам. «Я уверен, — писал позднее Кирос, — что он сказал, что они будут защищать свою страну против тех, кто в нее пришел, убивая ее жителей. Восемь наших солдат были в засаде, и один из них случайно, как он утверждал после, убил этого вождя... Четыре туземца, глубоко опечаленные, подняли убитого на плечи и ушли в чащу леса; туда ушли и остальные жители, оставив деревню опустевшей».

Кирос прекрасно сознавал, какими бедствиями в дальнейшем грозили испанцам происшедшие события. Но огромная радость, которую он ощущал со времени прихода к этой огромной, как казалось, земле, стране его мечты, ибо Кирос был убежден, что достиг Южного континента, не давала надолго погружаться в мрачные думы. Надо было немедленно объявить открытую землю собственностью испанской короны и начать ее обживать.

Кирос приказал Торресу с отрядом солдат высадиться на берег и начать строительство укрепленного лагеря. Он назначил Торреса начальником лагеря. Работа на берегу закипела. Вскоре были сооружены форт и маленькая церковь «Мадонны из Лорето». Это место должно было, по замыслу Кироса, стать впоследствии городом, которому он уже придумал название Новый Иерусалим.

12 мая Кирос собрал экипажи всех трех кораблей и обратился к ним с речью, в которой подчеркнул величие предстоявших им дел во славу Испании. От них потребуются мужество, стойкость и упорство. Единая цель служения королю и католической церкви должна объединить их. Именно с этой целью, продолжал Кирос, он решил учредить Орден рыцарей Святого Духа, вступить в который должны все члены экипажей судов. «Во имя Святой Троицы, во имя Папы Римского, во имя Его Католического Величества дона Филиппа Третьего, короля Испании и моего повелителя, я, капитан дон Педро Фернандес де Кирос, даю каждому из вас этот голубой крест, который вы сейчас повесите себе на грудь, и он будет указывать на вашу принадлежность к рыцарям Ордена Святого Духа». «Теперь я, от имени его королевского величества, требую от вас лучшего выполнения своих обязанностей. Я хочу, чтобы вы почувствовали себя единым организмом, и я объявляю вам, что с этого дня ваши обязанности возрастут, как возрастут награды и наказания, которыми будут измеряться ваши хорошие и плохие поступки», — закончил свою речь Кирос.

С наступлением темноты на судах зажглась иллюминация, был устроен фейерверк, прозвучал артиллерийский салют, раздался звон колоколов, зазвучала музыка. Кирос обратился ко всем присутствовавшим: «Господа, эго канун давно ожидаемого мною дня. Пусть каждый получит то, что он желает!»