— Ты говоришь печальные вещи, — прижалась ко мне Мими, — страшные.

— Я говорю правду.

— Но ты бессмертный!

— Я, ошибка мироздания попущением господним. Фактически, ничем особым не заслуживший эту награду. Себе врать-то не стану. Опять же, условно бессмертный. Рано или поздно, если доживу до того момента, я умру. Ничто не существует вечно.

— Но неужели ты не можешь найти себе занятие на Великой Суше? Погостить у нас, у Бобо, спуститься в подгорные чертоги бубучей, посетить Империю и Королевства, Так много всего…

— Обязательно всё это будет, моя принцесса. Более того, обещаю, когда в этом мире появятся бессмертные, я буду рядом с тобой. Вот тогда я точно не стану лишним.

— И останешься? — с надеждой посмотрела она на меня.

— Настолько, насколько это будет необходимо, — не стал врать я.

Принцесса тяжело вздохнула и положила голову мне на грудь.

— Пусть хотя бы так…

— Однажды я приду к тебе в гости и приведу с собой свою пра-пра сколько-то внучку. Может, ещё родственников и друзей, Мы поможем вам с бессмертными. Проедемся по великим прериям ороос, посетим бубучей, Город-Замок Перешейка, и многое, многое другое…

И буду приходить не раз. Наслаждаться яствами, хвалебными дифирамбами и славословиями мине великому. Прекрасными кошечками мио… Ай!

— Я тебе дам! Прекрасными кошечками мио! — принцесса впустила в мою грудь весь десяток остреньких коготков. Она нависла надо мной, оскалившись в милой улыбке.

— Ляпнул не подумав, каюсь! Но если серьёзно… — я накрыл её пальцы ладонями, — Понимаешь, моя принцесса, что-то держит меня на Великом Архипелаге, нечто, что не отпускает меня отсюда. Отчего, почему, не скажу даже приблизительно. Это не знаки в небе, не голос внутри сердца, и тем более не чьё-то повеление, только смутная тень ощущения. Я словно должен остаться для чего-то. Не знаю… Не понимаю и не могу объяснить. Но остаться должен.

И потом, — я серьезно глянул ей в глаза, — быть близко, но не рядом — мука. Пусть между нами будет океан с непреодолимыми Мёртвыми Водами, так мне легче.

Она смотрела на меня, влага вновь собралась в уголках её глаз. Я чувствовал тепло её тела и стук сердца её.

— Люби меня, мой господин, — прошептали её губы, — Ласкай, наслаждайся каждым мгновением, пока мы рядом. Ты навсегда останешься моим Тсяшш Миммарр.

Принцесса, возможно, сердцем и не согласилась, но разумом приняла мои доводы. Не стала канючить исключительно по-женски. Приводить доводы за совместный полёт, их у неё могло быть немало, и некоторые, даже на мой взгляд, вполне весомые. Тем более, не кидалась упреками… Не тот характер, да и воспитание не то. Но взгрустнулось ей основательно. Слегка притухли озорные глаза, улыбка сделалась всё больше печальной, а весёлый смех вообще исчез. Иногда могла пропустить вопрос или ответить не впопад…