Главной задачей римских полководцев в Испании было не допустить, чтобы Ганнибал получал подкрепления с Иберийского полуострова. Именно так понимали свою задачу отец и дядя молодого проконсула и довольно успешно с ней справлялись. В Риме было известно о планах Гасдрубала привести в Италию свою армию, и сенаторы уведомляли об этом Публия: «Сципиону было небезызвестно, что Гасдрубал Барка получил от правительства приказание проникнуть в Галлию и был занят приведением его в исполнение»[74]. Но римский полководец с поставленной задачей не справился. Мало того, Публий Корнелий самовольно сменил приоритеты и решил, что для него гораздо важнее окончательно выбить карфагенян с Иберийского полуострова, чем гоняться за Гасдрубалом. Командующий испанскими легионами занялся откровенной самодеятельностью, а это при сложившемся раскладе было крайне опасно.

Обратим внимание, какие причины выдвинул Полибий для оправдания своего любимого героя в этой ситуации: «Что касается Публия, то он не находил выгодным для себя гнаться тотчас за Гасдрубалом, ибо опасался нападения прочих карфагенских вождей, и отдал неприятельский лагерь солдатам на разграбление» (X, 39). Но здесь возникает другой вопрос – почему Сципион целых два дня не атаковал войска Гасдрубала, ведь в любой момент могли подойти ещё две карфагенские армии! Полибий так объясняет ситуацию: «Приблизившись к карфагенянам, Публий желал было сразиться с врагом, но увидел, что местность прекрасно защищает противника, и колебался. Так он прождал два дня; наконец опасаясь, как бы не соединились с Гасдрубалом войска Магона и Гескона и как бы неприятель не запер его со всех сторон, решился дать сражение и вызвать неприятеля на бой» (X, 38). Странно, что Сципион так долго избегал битвы, к которой сам же и стремился.