Шереметев отправил к визирю трубача с письмом, в котором предлагалось прекратить кровопролитие. Ответа не было, и Шереметев послал другое письмо с просьбой о «наискорейшей резолюции». На это второе письмо визирь прислал ответ, что он от доброго мира не отрицается и чтоб прислали для переговоров знатного человека[647]. Тотчас же Шафиров с небольшою свитой отправился в турецкий лагерь. Из данного ему царем наказа видно, что Петр считал свое положение чрезвычайно опасным.

В наказе было сказано: «1) Туркам все города завоеванные отдать, а построенные на их землях разорить, а буде заупрямятся, позволить отдать; 2) буде же о шведах станут говорить – отданием Лифляндов, а буде на одном на том не могут довольствоваться, то и прочая помалу уступить, кроме Ингрии, за которую, буде так не захочет уступить, то отдать Псков, буде же того мало, то отдам и иные провинции, а буде возможно, то лучше б не именовать, но на волю сатанинскую положить; 3) о Лещинском буде станут говорить, позволить на то; 4) впрочем, что возможно, салатана всячески удовольствовать, чтоб для того за шведа не зело старался»[648].

Как видно, царь прежде всего думал об удержании за собой Петербурга. Для этой цели он был готов жертвовать в случае необходимости разными русскими областями. То обстоятельство, однако, что при открытии переговоров не было вовсе речи о капитуляции всей русской армии, но лишь о заключении между Россией, Турцией и Швецией окончательного мира, свидетельствует о жалком образе действий визиря. Если бы турки продолжали военные действия и принудили русских сдаться, то положение Порты при ведении переговоров было бы гораздо выгоднее. Здесь, очевидно, действовал подкуп. Царь позволил Шафирову обещать визирю и другим начальным лицам значительные суммы денег.

О ходе переговоров, продолжавшихся два дня, мы знаем немного. В молдавских источниках рассказано, что турки действительно заговорили об отдаче шведам завоеванных областей. Об особенно деятельном и успешном участии Екатерины в переговорах упомянуто в некоторых источниках; однако при отсутствии более точных данных об этом деле мы не можем определить меру заслуги, оказанной в данном случае Екатериной Петру и государству. Как бы то ни было, ввиду, как кажется, более всего продажности турецких сановников, ловкий Шафиров уже 11 июля мог известить царя о благополучном окончании переговоров. Главные условия были следующие: 1) отдать туркам Азов в таком состоянии, как он взят был; новопостроенные города: Таганрог, Каменный Затон и Новобогородицкой, на устье Самары, разорить; 2) в польские дела царю не мешаться, казаков не обеспокоить и не вступаться в них; 3) купцам с обеих сторон вольно приезжать торговать, а послу царскому впредь в Царьграде не быть; 4) королю шведскому царь должен позволить свободный проход в его владения, и если оба согласятся, то и мир заключить; 5) чтоб подданным обоих государств никаких убытков не было; 6) войскам царя свободный проход в свои земли позволяется. До подтверждения и исполнения договора Шафиров и сын фельдмаршала Шереметева должны оставаться в Турции.