Уже в конце 1721 года, вскоре после принятия Петром императорского титула, Сенат и Синод решили именовать Екатерину «Ея Величеством Императрицею». В 1723 году Петр вознамерился короновать Екатерину, и 15 ноября был написан манифест, в котором после некоторых замечаний о войнах сказано между прочим: «В которых вышеписанных наших трудах наша любезнейшая супруга, государыня императрица Екатерина, великой помощницей была, и не точию в сем, но и во многих воинских действиях, отложа немочь женскую, волей с нами присутствовала и елико возможно вспомогала, а наипаче в Прутской кампании с Турки, почитай отчаянном времени как мужески, а не женски поступала, о том ведомо всей нашей армии и от них, несомненно, всему государству», и проч.
Коронация Екатерины совершилась в Москве с великим торжеством 7 мая 1724 года. Впоследствии рассказывали, что Петр желал этой церемонией указать на Екатерину как на преемницу. Во всяком случае, при ее воцарении изречения Петра в этом тоне служили аргументацией при поддержании прав Екатерины. Как бы то ни было, коронация Екатерины являлась нововведением. За исключением коронации Марины Мнишек, не было подобного события в истории России[902].
Много было рассказываемо о разладе, происшедшем будто бы между Екатериной и Петром незадолго до его кончины, по случаю якобы существовавшей между императрицей и камергером Монсом любовной связи. Частности в этих рассказах, очевидно, в значительной доле основанных на слухах и предположениях, имеют характер анекдотов, а не фактически доказанного исторического события. Можно допустить разве лишь временное или скорее минутное расстройство благоприятного отношения между супругами, после чего между ними тотчас же восстановилось полное согласие[903].
То обстоятельство, что Екатерина и Меньшиков, лица, самые близкие Петру, лица, которых он называл своими «герценкиндер», сделались преемниками его, не могло не содействовать обеспечению результатов преобразовательной деятельности Петра. Напрасно недоброжелатели России в минуту кончины Петра надеялись на анархию в России, на какую-то реакцию против системы его царствования. Хотя и краткое, управление делами Екатерины и Меньшикова заключало в себе достаточное доказательство, что Петр успел создать школу государственных людей, способных и готовых действовать в духе его. Дальнейшая судьба России была обеспечена.
Глава II. Личность Петра
Глава II. Личность Петра
Какой-де он государь? – спрашивали часто в народе, недовольном образом действий Петра, потому что он во всех отношениях отличался от своих предшественников. Прежние цари были полубогами; они молились и постились, любили окружать себя блеском торжественного и пышного церемониала. Петр, напротив, держал себя во многих отношениях как бы частным человеком, работал и веселился наравне с представителями разных классов общества, не гнушался и компании скромных людей, столь же охотно вращаясь в среде матросов и плотников, как и беседуя с государями, министрами, дипломатами и полководцами.