— Могу, только тут вот какое дело. Макет у меня в кабинете стоит, а кабинетик у меня маленький, — я с сомнением окинул свиту Ельцина взглядом, давая понять, что все мы ко мне точно не влезем.

— А мы с собой только Юрия Степановича возьмём, а остальные товарищи пока остальные ваши новинки изучат, — быстро сориентировался первый секретарь обкома.

От макета и моих объяснений Ельцина отвлёк Юрий Степанович, совсем нетактично похлопавший Бориса Николаевича по плечу и молча ткнувший пальцем в фотографии на стене.

— Фотографии настоящие? — неправдоподобно спокойным голосом поинтересовался Юрий Степанович, после минуты переглядываний с Ельциным, и пристрастным рассматриванием ими обоими меня самого.

— Снято десять дней назад, на его даче. Сразу говорю, ни про вас, ни про Свердловск раз я ничего не говорил, и меня про это никто не спрашивал. Сожалею, но про причину встречи больше рассказать ничего не могу, — сразу отсеял я потенциально крамольные мысли и лишние вопросы.

— Ещё будешь с ним встречаться? — ткнул Ельцин пальцем в сторону фотографий, думая о чём-то своём.

— Через полгода-год, наверное, — ответил я.

— Жаль. Нам бы идею про МЖК на самый верх вбросить. Буксуем. Барьеров понаставили, понимаешь, а у нас дело стоит.

— Это вы про молодёжный микрорайон у Шарташа? — уточнил я. Кто его знает, где он, этот МЖК, первоначально планировался. По моим воспоминаниям в Свердловске эту стройку начнут только в восьмидесятом.

— Да, а ты откуда знаешь? — удивился Борис Николаевич.

— От кого-то из строителей слышал, уже и не помню, от кого, — отбоярился я. — Борис Николаевич, а Косыгин вас не устроит? Мне с ним и встретиться проще, и поговорить удастся подробнее.

— Гхм, — поперхнулся Ельцин. — А с ним ты когда встретишься?

— Пока точно не скажу. Могу сегодня Капице позвонить, как они договорятся, так и встречусь. Думаю, через неделю где-то получится, — честно ответил я, прикинув, что ради хороших отношений с обкомом в родном городе, можно и пошустрить немного.

— Тут тоже же ты. А почему газета иностранная? — ткнул Ельцин в вырезку из немецкой газеты с фотографией призёров на пьедестале.

— Так Испания же это. Чемпионат Европы, — почему-то вдруг начал оправдываться я.

— Короче, Юрий Степанович. Бери-ка ты этого чемпиона в наш проект, вместе со всей его шарашкой, и пробейте мне стройку. Мы тогда очень серьёзно разошьём жилищную проблему, а потом сможем и дорогами заняться. Что ты хмыкаешь и головой крутишь? — недовольно покосился на меня Борис Николаевич.

— У нас же Уралмаш под рукой. Заводище! Шагаюшие экскаваторы делает, да что там экскаваторы, это же завод по производству других заводов. Пойдёмте вниз, я вам модель асфальтоукладчика покажу. Для уралмашевцев такой изготовить — раз плюнуть, а для нас это от шести до двенадцати километров качественной дороги в сутки с каждой машины.