— Золота там много! — рубанул Усольцев.

— Ага, я, когда намыл первый кузовок, думал, сейчас наскребу себе золотишка — и в Сан-Франциско, суши кушать и мохито хлебать из пивных кружек. Только потом закадыка мой, — Ринат кивнул на Лопахина, — отговорил, сославшись на отсутствие этого городишки на положенном ему месте. Думаю обождать пока, а потом рвану на юга.

Кто-то уже протягивал руки к благородному металлу, захотев поближе рассмотреть его.

— Но-но, руки прочь от государевой казны! — Саляев быстренько убрал все мешочки в рюкзак. — Мне ещё акт приёмки подписывать. Сдал-принял, счёт-фактура и все дела.

— Ринат, а что с местными, встречали кого-нибудь? — спросил Саляева Кабаржицкий.

— Да, было несколько деловых встреч. Довольно милые люди, никакого негатива.

Встретившиеся им немногочисленные туземцы были миролюбивы, даже дарили ангарским путешественникам скромные съестные подарки.

— Вроде бы казачье проникновение на Лену не было столь благостным, — задумчиво сказал Кабаржицкий.

— Да сибирцев просто задирать и грабить не надо. Они сами всё отдадут, по своей воле, да ещё и уговаривать будут, чтобы взяли. — Саляев внимательно посмотрел на Усольцева.

Тот, улыбнувшись в бороду, согласно кивнул, картинно погрозив пальцем Ринату.

— Но ладно, братья, это всё лирика! На Илиме мы с енисейцами разминулись, вот что! Возле начала волока они там со стругов сходили, под четверть сотни их было. Мы так и разошлись — глазами друг друга пасли и под дулами оружия по разным сторонам ушли, — вставил вдруг Ринат.

— Если они там зимовать собрались, то это нехорошо. Енисейск может закрыть нам проход до железных руд, — взволнованно заметил Сазонов.

— Этого нельзя допустить! Надо к Вячеславу отправить гонца с описанием ситуации, а ещё лучше, думаю, немедля надо идти и выбивать их оттуда. Без железа и золота нам несладко будет.

— Гонца отправим по-любому, а вот сейчас идти… С одной стороны, они ещё не отстроятся, а с другой — отдохнуть охота. Давай пару дней подождём, парни в тепле отогреются. А там от Соколова и ответ придёт.

Два дня спустя

Прибывший под вечер ботик привёз ответ от Соколова вместе с несколькими бывшими американцами, вооружёнными ружьями. Саляеву и Петренко надлежало немедля отправляться на Илим и забирать его устье под контроль Ангарского княжества. Утром следующего дня команда Петренко на четырёх ботах отправилась вниз по Ангаре. Помимо семи американцев, в поход были взяты отделение тунгусов под началом одного из сыновей тунгусского князца с верхней Ангары, крестильное имя которого было Илья. Ринат взял пятнадцать человек. В боты были погружены запасы пищи, инструменты, палатки и прочее.