- Отец! - обратился я к тому, что встречал нас у дверей. - Вас сюда немцы загнали?

  - Да нет, сынок. Сами укрылись. Немцы боятся в подвалы лезть. Дверь мы закрыли надежно, только взрывать, а через единственное окно, не пролезть. Немаки огнем в него полили, да и ушли.

  - А как хоть спаслись-то?

  - Да просто окно в другой комнатке. Там здорово все погорело. Но у нас там людей не было. У нас раненый, красный командир, тяжелый он, что с ним делать, умрет ведь?

  - Где? - В один голос спросили мы.

  - Нас повел по коридорам, все тот же старичок.

  - Вот здесь! - Указал на небольшой закуток, старик.

   Что это за командир, мы не поняли. На нем были одни лохмотья, а не форма. Крови потерял, наверное, очень много.

  - У него два ранения, в грудь и голову. Голову вроде слегка задело, а вот грудь, пуля внутри. В сознание не приходит. - Рассказывал нам старичок, пока мы разглядывали раненого.

  - Серег, в любом случае, мы не сможем помочь, - прошептал мне на ухо Зимин.

  - Да знаю я! - Ответил я, - но и так оставлять не хочется.

  - Серега, он все равно помрет, не сейчас, так в пути. Ну куда мы с ним? Дело ведь еще не сделано!

  - Попробуем связаться с нашими, может чего решат, сами не будем ничего предпринимать! - Я повернулся к деду.

  - Как тебя зовут, отец?

  - Дедом Николой кличут.

  - А по батюшке?

  - Васильевич я.

  - Николай Васильевич, раненого мы забрать не сможем. Мы на задании. Но свяжемся с нашими, что уж там решат, не знаю. Вас всех тоже отсюда вытаскивать надо.

  - Мальцов бы увезти, мы то старые, черт с нами.

  - Всех постараемся вывезти. Еда-то у вас есть хоть?