– Уиски пять-пять, я Сьерра один-три. Прием.

– Уиски пять-пять. Прием, – ответил Теркус. Он красовался и важничал, даже когда разговаривал по линии командной связи. Теркус считал возможным нарушить устав, когда речь шла о его внешности: он носил огромные, как у кавалериста, усы, что не разрешено было ни одному другому офицеру. Теркус был одним из тех, редко встречающихся в армии людей, которые умудрялись диктовать свои собственные правила с непостижимой легкостью. Теркус был кавалеристом по натуре всю жизнь, он всегда был готов к бою. Раньше присущая ему доблесть всегда превосходила его редкие глупые выходки, но сегодня Тейлор не мог рисковать, поэтому он послал Хейфеца присмотреть за тем, чтобы Теркус не вышел из-под контроля.

– Отличный офицер, – бросил Тейлор Хейфецу. – Но кому-то всегда нужно его осаживать.

– Я, Сьерра один-три. Был вне радиуса действия связи. Доложите обстановку. Прием.

– Вас понял, – ответил Теркус. – Все в порядке. До «Рубина» осталось пять минут. Готов включить постановщики активных помех. Боже, Дейв, ты видел схему целей? Невероятно.

– Вас понял. Включайте помехи за три минуты до «Рубина».

– Сегодня великий день для охоты на краснокожих. Прием.

– Отбой, – сказал Хейфец. Затем он повернулся ко второму пилоту: – Оставь комбинированное изображение.

– Комбинированное изображение зафиксировано. Рота «Альфа» отделяется от основного отряда.

– Понял. Следуй за ними. – В задачу роты «Альфа» входило нанесение удара по японско-иранским ремонтным мастерским и пунктам сосредоточения техники в районе Караганды, в то время как остальная часть эскадрильи должна была нанести удар по штабу и району сосредоточения Третьего Иранского корпуса.

Хейфец решил маневрировать вместе с ротой «Альфа», так как командир эскадрильи останется с основной частью его подразделения. Таким образом, Хейфец имел возможность контролировать выполнение операции и увеличить огневую мощь роты «Альфа» при выполнении стоящей перед ней важной боевой задачи.

– До «Рубина» осталось три минуты.

– Включите постановщики помех. – Несмотря на все свое самообладание, Хейфец повысил голос. Он чувствовал, как им овладевало старое, давно знакомое возбуждение.

– Постановщики помех включены, – доложил второй пилот. – Все постановщики активных помех на автоконтроле.

В четком изображении на лобовом стекле М-100 никаких изменений не произошло, но Хейфецу казалось, что он видит, как электронный поток пульсирует над местностью. Простые хитроумные приспособления и радиолокационные ловушки для отвлечения средств радиоэлектронного подавления скрывали системы при их приближении к району цели. Теперь атакующая электроника заблокирует все имеющиеся радары и системы обнаружения целей.