Сан Саныч, с трудом отвалился от ремней в громоздком скафандре и потёр перчаткой запотевшее стекло гермошлема снаружи, внутри лучше не стало. «Надо дворники поставить, как в машине, а то пол эклиптики прошли без запотевания, а тут на тебе — на спуске ни хрена не видно сквозь шлемак», — подумал командир Ракушки. Протёртое носом и губами стекло тут же начало собирать влагу на свою поверхность снова. Зато открылся экран обозрения. Ярко светящийся контур аравийского полуострова прерывался в одном месте задетый круговой плоскостью внезапно возникшей темноты. Чёрное пятно другим своим краем легло на поверхность противоположного берега затмив очертания берегов со стороны Ирана. Серёга настоял, чтоб подъём с Тейи и спуск на Землю экипаж провёл исключительно в скафандрах.

— Вспышка была вроде?

— Была!

— Мы?

— Да нет вроде.

— Сканер включи, что передают то?

— Включил. Тишина, будто вымерли все в округе. Только длинноволновки бьют с дальних дистанций.

— А корабли?

— Не видно ничего.

— Ну, не утонули же все враз. Они ж военные, ты говоришь! Их только ядерной бомбой утопить можно всех одновременно. До поверхности сколько?

— Десять тыщ метров.

— Вот. Самолёты должны летать — радар сечёт что?

— Неа, Саныч. Никого. Двое выключили движки и планируют в Оман. Остальные, боже, попадали в море!

— А в инфракрасном? — включился в разговор пассажир ракушки в ранге майора КГБ СССР, ожесточенно полируя перчаткой стекло своего «набалдашника».

— Есть в инфракрасном, только они остывают. Вот что странно. Ё моё!

— Архимед, может снимем скафандры? Потеет стёклышко.

— Да. Недоработка — старые они менять надо, пояснил Серёга и тут же переключился на картинку монитора, — Мужики это же люди в море. Ох блин! Сколько ж их там?! — пилот не скрывал своего недоумения. Бригадир уточнял обстановку.

— Де люди? — коротко спросил главный артельщик с трудом отмыкая непослушными руками в громоздких перчатках замки скафандра.

— А вон, на экране, видишь большие точки? Это остывающие корабли, а рядом, как светлячки — это и есть люди.

— Ого, — скинул наконец шлем с головы бригадир, — а что у тебя не потеет? — справедливо поинтересовался он у Серёги.