— Да, создатель обещал сутки, прошло не более двенадцати часов — половина срока.

— Идём через море на Грецию. Определиться можем?

— Легко. До моря сто км.

— А что погоня?

— Пыль глотает.

— Мы только по прямой так можем гнать?

— Ага, — тарелка плавно то ныряла, то выныривала из-за барханов.

— А пылевой шлейф?

— Сейчас подымемся выше, Саныч и никакого шлейфа не будет, — в ответ на действие Сереги корабль прекратил огибать рельеф и пошел, ровно ускоряясь до крейсерской скорости. Сзади безуспешно пытались нагнать аппарат три десантных вертолёта Брински. Навстречу Ракушке из Триполи поднялись две пары истребителей, но ни один радар не смог засечь и точно навести на цель реактивные самолёты. Спутник также не видел низколетящую цель над пустыней. Видео не могло быстро и точно передавать информацию, поэтому вся система ПВО запаздывала и тарелка опережала преследователей с каждой минутой на всё большее и большее время.

Солнце победно уходило за горизонт, когда парни увидели море.

— Море мужики! — оповестил всех в рубке Серега.

— Эх! Покупаться бы! — помечтал о вечной тяге северных к теплым морям Саныч.

— Как бы не искупали! — на радаре замаячили отметки множества кораблей находящихся среди волн средиземки.

— Дак, проскочили же вроде? — тревожно спросил уже расслабившийся про себя Серега.

— Это мы над пустыней проскочили, а тут море. У каждого свой радар, а то и два!

— На радарах нас нет! Вода плюс двадцать девять! По тепловому шлейфу могут со спутника! Но у них алгоритмы не настроены на такой движитель! Пройдём! — неожиданно, когда уже вышли в нейтральные воды, в динамиках раздалась английская, а затем и русская речь.

— Неизвестное летающее судно. Ваш курс пересекает курс нашего военного корабля, на котором ведутся полёты боевых самолётов. Прошу изменить курс во избежание столкновений — иначе вынужден буду открыть упреждающий огонь! Как понял, приём?

— Вот тебе и невидимы!

— Это наши! Давайте сядем! У них нет самолётов в воздухе. Обычная профилактика, чтоб никто над палубой не летал!

— Сдурел? Мы для них не наши, а черти хто! Или собью или в плен заберут, а ласточку конфискуют!