Степняки такими грамотками не заморачивались, откуда в степи нотариус? Договорились о цене, ударили по рукам и готово дело – товар переходит к купцу. Другое дело итальянские колонии в Крыму. Цивилизация, одним словом.

Купец тем временем степенно поклонился встречающим его людям. После приветствия Андрей пригласил купца в гости, а Демьян стал обниматься с воином, сопровождающим монаха.

– Здорово, Вострая сабля! – сказал гость, заключая Демьяна в богатырские объятия. – Сказывали, ты в землепашцы подался, а ты, гляжу, опять при деле! Поди десятник?

– Бери выше, – улыбнулся воевода.

– Неужели сотник?

– Опять не угадал, – весело расхохотался Демьян. – Воевода я. Осадный воевода при князе нашем.

– Этот, что ли, князь? – воин кивнул в сторону Луки Фомича, по случаю вырядившегося в дорогие одежды.

– Не, это не князь. Это Лука, из новгородцев, походный воевода при князе, – помотал головой Демьян. – Вона он, наш князь.

Собеседник Демьяна с удивлением уставился на высокого стройного мужчину с гладко выбритым подбородком. Лицо князя портили многочисленные шрамы, особенно один, на левой стороне, на скуле, делал выражение лица этого князя мрачным, к тому же мочка уха, как он успел заметить, отсутствует. Опытный воин сразу определил, что шрам на скуле и отсутствие части уха – след татарской стрелы. Зато во втором ухе у князя красовалась золотая серьга, точно такая же, как у него самого. Впрочем, серьгу в ухе носили повсюду: от Новгорода до Орды. Волосы на его голове по новгородской моде – коротко подстрижены спереди и на затылке заплетены в одну толстую косицу. Князь, подобно самому Вострому кнуту, нарушал наказ из Нового Завета, четко говоривший, что если муж растит волосы, то это бесчестие для него. В ухе князя, по ордынскому обычаю, блестит золотая серьга в форме вопросительного знака. Одежда князя, как-то: простые меховые штаны, распахнутый овчинный тулуп и новгородский кивер – высокая войлочная шапка с меховой опушкой, мягко говоря, не соответствовала статусу князя, но дело в общем-то обычное. В домашнем обиходе русские князья отличались скромностью, если не скупостью.

– Давай пошли уже, – увлек старого приятеля Демьян. – Пойдем, казну вашу спрячем.

– Тссс… – приезжий зашипел на приятеля, оглядываясь, не услышал ли кто слов, неосторожно оброненных Вострой саблей.

– Да не боись, – Демьян откровенно развлекался над опасениями приятеля. – Тебе, Вострый кнут, всюду послухи мерещатся. Нету тут чужих ушей. Вывели все под корень.

Знал бы Демьян, как сильно он ошибался, не был бы столь категоричен, хотя встречать прибывшие кораблики пришли люди все проверенные, даже слуги-грузчики из числа особо доверенных.