— Мне просто интересны больницы. У меня, знаете, несколько заводов, и в рабочих городках нужно больницы выстроить — вот я и интересуюсь.

— Тогда давайте пройдем ко мне, заодно и отобедаем — было видно, что доктору ужасно хочется показать проект тому, кому это на самом деле интересно.

Выходя с завода, я обратил внимание на стоящее рядом здание. Очень высокое для двухэтажного, оно стояло торцом к дороге, и поэтому я сразу не разглядел насколько оно велико. И — довольно красиво, несмотря на заколоченные досками окна.

— А это что за дом? — поинтересовался я у доктора.

— Склад купца Ремизова, только он третий год пустой стоит.

— А с купцом этим можно встретиться?

— Разве что вам придет в голову мысль посетить кладбище. Впрочем, с дочерью его встретиться несложно будет, я вас могу познакомить — и второе предложение он проговорил с какой-то странной интонацией. Немного погодя я понял, почему.

За обедом, после того как Валерий Афанасьевич показал мне проект своей будущей больницы, мы договорились, что завод я покупаю за двадцать тысяч, а больницу ему строю сам — причем не двухэтажную, как было в его картинках (чертежами у меня язык бы не повернулся это назвать), а трехэтажную, причем "со всеми удобствами". Если ему понравится проект Чернова (уже воплощенный в кирпич, стекло и прочие стройматериалы). А если не понравится — то сто тысяч, но у меня практически не было сомнений в том, что платить не придется. А после обеда он отвел меня в небольшой особнячок где-то в центре Ярославля и представил Анне Петровне Ремизовой.

Анна Петровна была пациенткой Валерия Афанасьевича. Особо она ничем не болела, разве что только мигрень ее одолевала, да и то потому, что она безвылазно сидела дома. А дома она сидела с шестнадцатилетнего возраста, то есть уже больше половины своей жизни — после пожара, на котором она получила страшный ожог лица. Поэтому и встреча проходила в комнате с плотно задернутыми шторами, в полумраке.

— Очень приятно, что вы соизволили меня посетить, Александр Владимирович — сказала она после того, как доктор меня представил. — Могу я поинтересоваться, какая нужда привела вас ко мне?

Голос у нее был низкий. Можно сказать, обычный такой голос. Но если ее посадить диктором на какое-нибудь всесоюзное радио, вести ночную программу — демографическая проблема будет решена раз и навсегда. У меня аж мурашки по спине побежали, когда она меня спросила о цели моего визита. Большие такие мурашки, которые так громко топали, что у меня буквально дух перехватило…

— Господин Волков не ищет благотворительности, Анна Петровна. Он — промышленник, и пришел, насколько я понял, поинтересоваться вашим складом — кстати пояснил мой провожатый.