– Господа, – со вздохом произнес Ушаков, – боюсь, что ноша, которую государь желает взвалить на меня, окажется непосильной. Я недостаточно хорошо разбираюсь в делах политических, а потому вряд ли смогу принять правильное решение, когда это понадобится.
– Ну, все военные в той или иной мере политики, – усмехнулся Михайлов. – «Война есть продолжение политики иными средствами», скажет через тридцать лет один умный прусский генерал. Военные действия – это способ добиться изменения политики того или иного государства с помощью вооруженного насилия. Но вы, Федор Федорович, не беспокойтесь. Все политические вопросы вы можете согласовывать с государем. У нас имеется в наличии возможность моментальной связи с Петербургом из Ревеля. И вы всегда сможете воспользоваться этой возможностью.
И, самое главное. Федор Федорович, как вы знаете, воюют не корабли, а люди, которые управляют парусами и стреляют из пушек. Нам нужны ваши моряки с Черноморского флота, принявшие участие в сражениях с турками и французами. Сейчас в Крыму находится вице-адмирал Петр Кондратьевич Карцев. Он сражался с турками при Чесме, а потом командовал кораблями на Балтике. Здесь он участвовал в сражениях со шведским флотом при Гогланде, Ревеле и Выборге. Вам, Федор Федорович, довелось послужить с ним во время Средиземноморской экспедиции. Так что этот адмирал может стать вашим младшим флагманом – он хорошо знает воды Балтики, вы с ним успели познакомиться, да и человек он достойный и справедливый.
– Вы правы, господин подполковник, – кивнул Ушаков. – Адмирал Карцев – прекрасный моряк и отличный командир.
– А с ним, – добавил Павел, – я велю направить в Ревель несколько сотен самых лучших нижних чинов и офицеров Черноморского флота. Там воевать пока не с кем. А здесь они смогут показать, чему вы их, господин адмирал, научили за время вашего командования флотом. Я понимаю, что времени остается очень мало, и потому мой рескрипт уже готов и подписан. Вы, сударь, можете написать от своего имени записку адмиралу Карцеву, в которой сообщите о том, что время не терпит и указание императора должно быть исполнено как можно быстрее. Фельдъегерь уже ждет моей команды отправиться в путь. Думаю, что мы успеем сделать все задуманное до появления британского флота у наших берегов.
На этом, господа, всё. Мы снова встретимся здесь сегодня вечером. Так что с вами я не прощаюсь.