Смысл новых для него слов историк понял ассоциативно. Как и многое другое, мной прямо не сказанное. Поэтому немедля приступил к выяснению самого главного:

– То есть ты всех этих трёх людей знаешь? Или вообще один из…

Но я уже махнул на него строго рукой.

– Помолчи! Видишь, наш пленник хочет облегчить душу чистосердечными признаниями! – Зроак и в самом деле стал ощущать ранее онемевшие конечности и потянулся к припрятанным на теле ножам. – Ай, как нехорошо себя ведёшь! Зачем за острое хватаешься? Ведь порежешься нечаянно… Ну вот! Я так и знал! А сталь-то совсем никудышная…

Забрав вынутый кинжал, пронзил людоеду обе ладони, а потом резко согнул лезвие к рукояти. Получилось сродни наручникам. А чтобы урод не выл от боли, запустил ему в ладони импульс частичного паралича. Ладони незамедлительно онемели, почти заглушив невероятную боль.

– Сейчас ты мне расскажешь всё о вашем отряде. Сколько вас было, куда ехали, чего искали…

Вроде бы уже сломленный морально пленник отчаянно замотал головой. Но я с ним и не собирался спорить. Достал огненный шарик и наполовину погрузил его в районе коленной чашечки людоеда. Когда тот перестал орать и смог связно говорить, окончательная история этого дозора стала мне ясна и понятна.

Засаду из полусотни воинов зроаки держали здесь более шестидесяти дней. Потом командование решило не заниматься бессмысленным делом, и отряд, усиленный двумя десятками Трёхщитных, отправили в более нужное место. Тогда как командир данного дозора почему-то верил, что засаду убирать не стоит. И сегодня, находясь в дежурном патрулировании данного участка, решил посамовольничать и наведаться в Пантеон. Как успел понять допрашиваемый, командир даже следы новые обнаружил, которых двадцать дней назад тут не было. В том числе и женские.

Он мне ещё много чего шептал, а если хоть чуток запинался, я тянулся к проткнувшему его руки кинжалу. Что-то явно сумел скрыть, я просто физически не смог бы расспросить обо всём на свете. Но порядок поведения на дорогах я усвоил и даже получил чёткое утверждение: «С той стороны гор Велеса идёт война…»

– С кем? – удивился я.

– Не знаю. От нас что-то скрывают. Наши пограничные силы изолировали от основной армии. Нам дали приказ не покидать Борнавские долины. И не допустить прорыва через наши порядки человеческих армий.

Странные у них приказы. Или тварь мне врать умудряется? Зашел к теме с другого конца. Получил те же яйца, только в профиль. Надоело.

В финале пленник про неожиданный взрыв в подвале рассказал.

Дальше я и без него всё знал. Про одного кречи в их составе он поведать тоже успел перед смертью. И общее количество мёртвых теперь чётко соответствовало общему количеству данного дозорного отряда. Иные соединения могли здесь оказаться только случайно.